16,77% для банкиров при триллионах в ФНБ: почему мы платим за то, что могли инвестировать в себя
Я смотрю на итоги вчерашнего аукциона Минфина, и у меня волосы дыбом встают. Министерство финансов разместило ОФЗ с постоянным купоном (выпуск 26245) со средневзвешенной доходностью 16,77% годовых. Спрос превысил предложение почти в три раза — 298 миллиардов рублей против 115 миллиардов.
На первый взгляд, это какой-то финансовый мазохизм. У нас есть Фонд национального благосостояния (ФНБ) , ликвидная часть которого в 2026 году будет болтаться в диапазоне 3,5–4,5 триллиона рублей. Зачем занимать у рынка под 16,8%, когда можно просто распечатать кубышку?
Логика Минфина кажется логичной, пока мы говорим о банальном «латании дыр» в бюджете. Тут чиновники привычно включают пластинку про инфляцию: мол, вольём деньги из ФНБ — обесценим рубль. Но мы с вами — люди, которые привыкли считать деньги и видеть реальную экономику за сухими цифрами отчётов. Нас этими мантрами не проймёшь. Давайте я разберу эту ситуацию честно, разделив «проедание» и «инвестиции».
Почему Минфин платит 16,77% (и в этом есть своя, извращённая, бухгалтерская логика)
Если ФНБ тратить на текущее потребление — зарплаты учителям, пособия, социалку — это действительно вброс «лишних» денег в бассейн, где количество воды (товаров на полках) не изменилось. Цены полетят вверх, тут спору нет.
Занимая под 16,77% через ОФЗ, Минфин делает ровно обратное: он добровольно изымает избыточную ликвидность из банковской системы. Банки отдают деньги государству на 10 лет вместо того, чтобы кредитовать застройщиков и выдавать нам с вами потребительские кредиты под 25% . Это жёсткая, но понятная мера по охлаждению спроса.
Плюс, фиксируя ставку в 16,77% сегодня, ведомство играет вдолгую. Если завтра ЦБ начнёт снижать ключ, эти 16,77% превратятся в золотой актив для бюджета, а обслуживание этого долга станет копеечным.
Где логика Минфина ломается (и где начинается мой главный вопрос)
Всё вышесказанное работает, только если мы хотим потратить деньги на текущее выживание. Но мы ведь хотим их вложить в развитие. Все объяснения про «неизбежность инфляции» звучат неубедительно, когда речь заходит о государственных инвестициях в создание производственных мощностей. Здесь я сразу оговорюсь: я не за то, чтобы единовременно все средства из ФНБ изъять и проинвестировать их на создание новых производственных мощностей, нет, мы просто к этому не готовы, но начинать-то надо!
Когда деньги из ФНБ идут не на пособия, а на строительство станкостроительного завода или закупку оборудования для микроэлектроники:
Создаётся товарное покрытие. Эти рубли не бегут в магазины за импортом. Они превращаются в бетон, станки и рабочие места. Через 2–3 года завод выдаст продукцию, которая заместит импорт. Денежная масса выросла, но и количество товаров в экономике увеличилось. Баланс соблюдён.
Формируется новая налоговая база. Завод будет платить налог на прибыль, НДС, а сотрудники — НДФЛ. В долгосрочной перспективе эти налоги вернут вложенные из ФНБ средства в бюджет с процентами. Мы создаём фундамент, а не просто затыкаем пробоину.
Как делают другие (и почему нам должно быть стыдно)
Мы любим ссылаться на МВФ и бюджетные правила. Но давайте посмотрим, как используют свои суверенные фонды те, кто реально строит экономику, а не просто копит на чёрный день.
Сингапур (Temasek). Это не фонд, это министерство промышленности, работающее по законам рынка. Temasek владеет контрольными пакетами Singapore Airlines, DBS Bank и напрямую вливает миллиарды в биомедицину и FoodTech. Они не боятся покупать доли в стартапах и строить заводы, чтобы создать новую налоговую базу.
ОАЭ (Mubadala). Фонд вложил десятки миллиардов в производство микрочипов (GlobalFoundries) и алюминий. Они используют нефтяные деньги, чтобы купить технологии и инженеров, создавая производство, которое будет кормить страну, когда нефть закончится.
Норвегия. Их гигантский фонд GPFG инвестирует только за рубежом, чтобы не перегревать свою экономику, но внутри страны работает госхолдинг Investinor, который агрессивно финансирует норвежские технологии.
Почему мы боимся?
Почему наш Минфин, имея перед глазами эти примеры, всё равно идёт на аукционы под 16,77% ? А потому что это две параллельные реальности , по одной из них (бюджет) образовалась дыра и её надо срочно закрыть, а другая реальность - создание новых мощностей, её просто ещё и в зародыше нет. Я вам скажу как экономист: проблема не в инфляции. Проблема в страхе перед эффективностью и управленческой импотенции.
Прямое финансирование строек из ФНБ пугает финансовый блок правительства риском нецелевого использования. Залатать дыру в бюджете — это понятная, разовая транзакция. Построить завод — это цепочка из тысяч решений, за которые надо нести персональную ответственность. Чиновникам проще занять у банков под заградительный процент, чем объясняться перед проверками, почему очередной технопарк не взлетел.
Мы увеличиваем обслуживание бюджета будущих периодов. Мы закладываем амортизационный процент за использование средств «с воздуха». Мы платим 16,77% годовых узкой прослойке банкиров, чтобы они не кредитовали нашу же реальную экономику. Так можно и доиграться.
Что делать (третий путь, который возможен уже в 2026 году)
Хватит делать вид, что ФНБ — это только заначка на случай, если цена на нефть упадёт до 40 долларов. При цене 70+ мы обязаны инвестировать в себя.
Нужен не «заградительный объём» трат из ФНБ напрямую в бюджет, а целевой инвестиционный мандат.
Выделить из структуры ФНБ (или создать на его базе) отдельный фонд типа «Temasek по-русски» .
Дать ему право софинансировать (50/50 с частным бизнесом) только проекты глубокой переработки, станкостроения и микроэлектроники.
Жёсткий контроль не через отчёты Счётной палаты, а через прямое участие государства в советах директоров и KPI по выходу на безубыточность.
Отдача от строительства завода начнётся через три года, когда он выпустит первый станок. А дефицит бюджета и технологическая зависимость у нас начинаются прямо сейчас.
«Надо жить и выживать сегодня, а не жить призрачными надеждами на завтра», — это абсолютно правильная позиция. Но выживать сегодня, занимая под 16,77% , чтобы не трогать кубышку — это не выживание. Это добровольная выплата дани финансовой системе за собственную нерешительность.
Завтрашний день покажет, на что жить. И если мы сегодня не построим заводы на деньги ФНБ, завтра нам придётся занимать под 25% , чтобы купить еду и станки у тех самых сингапурцев и арабов, которые не побоялись инвестировать в производство.
А теперь давайте обсудим. Мне, как практику, крайне интересно ваше мнение:
Вопрос 1. Вы согласны с тем, что инфляция от инвестиций в заводы — это миф, а реальная угроза — это инфляция от проедания бюджета? Где для вас проходит эта красная линия?
Вопрос 2. Считаете ли вы, что ФНБ должен оставаться неприкосновенной «кубышкой» на случай обвала нефти, или пора забирать оттуда фиксированный процент (например, половину от прироста) и принудительно направлять на создание государственных производственных корпораций?
Вопрос 3. Что пугает вас больше: риск того, что деньги из ФНБ на заводы банально разворуют на стройке, или риск того, что мы так и останемся бензоколонкой, пока Минфин платит банкирам 16,77% годовых за наши же деньги?
Вопрос 4. Как вы думаете, что должно произойти, чтобы финансовый блок правительства перешёл от тактики «купируем дефицит» к тактике «создаём новую налоговую базу»? Какого уровня должен достичь дефицит или ставка ЦБ, чтобы они наконец рискнули?
Вопрос 5. Если бы вам дали право распределить 1 триллион рублей из ФНБ, в какие три конкретные отрасли (станкостроение, авиапром, микроэлектроника, агротех или другие) вы бы вложили их в первую очередь, чтобы получить отдачу через 5 лет?
Пишите свои ответы в комментариях — давайте разберёмся вместе.
⚠️ Важно: Данный материал носит исключительно информационный характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.
Ставьте 🚀, если пост был полезен.
#Минфин #ОФЗ #ФНБ #инвестиции #ставка #экономика #бюджет #базарразбор
