12 ноября 2026 года председатель Банка России Эльвира Набиуллина выступила на пленарном заседании Государственной Думы. В своем выступлении она обозначила ключевые приоритеты регулятора, дала оценку текущему состоянию экономики и ответила на вопросы депутатов.
Глава Банка России выделила три главные темы, которые поднимали парламентарии. Во-первых, их интересовало, что именно Центральный банк может сделать для экономического роста. Во-вторых, как помочь гражданам и бизнесу получить более доступные кредиты для развития и решения жизненных задач. В-третьих, депутаты обращали внимание на то, что значительная часть роста цен вызвана причинами, не связанными со спросом и находящимися вне зоны влияния регулятора, — налогами, тарифами на ЖКХ, утильсбором, санкциями, атаками на НПЗ и более высоким дефицитом бюджета.
Экономический рост и инвестиции
Обращаясь к состоянию экономики, Набиуллина отметила, что по отраслям картина различается, но во второй половине года экономика вышла на восходящую траекторию. По ее словам, Банк России ожидает, что по итогам года ВВП вырастет в пределах 1%, даже несмотря на выбытие производственных мощностей в отдельных отраслях в результате атак. Она указала, что если бы не этот фактор, рост экономики был бы выше. Поддерживают рост, по ее оценке, машиностроение, в том числе не только за счет оборонно-промышленного комплекса, а также рост доходов и потребления граждан, что влечет за собой рост розничной торговли и многих отраслей, ориентированных на внутренний спрос.
Говоря об инвестициях, председатель Банка России признала, что этой темы касался если не каждый второй, то каждый третий вопрос депутатов, и это понятно, поскольку всех беспокоит снижение инвестиций. Она привела данные: за последние 12 месяцев, по которым есть статистика (по июнь включительно), инвестиции в основной капитал составили 43 трлн рублей, что в деньгах даже чуть больше, чем в прошлом году. Однако в физических объемах в первом полугодии наблюдалось снижение примерно на 10%. Набиуллина объяснила это тем, что инвестиционные товары дорожают быстрее потребительской корзины, что является тем же проявлением высокой инфляции, но уже для бизнеса. По ее мнению, снижая инфляцию, Центральный банк вносит вклад в то, чтобы бизнес не переплачивал за оборудование, и это крайне важно для перезапуска инвестиционного цикла, о необходимости которого говорил Президент. Она подчеркнула, что затраты на инвестиции и дополнительное финансирование не должны уходить в простое удорожание проектов.
При этом она особо отметила, что снижение инвестиций не означает остановку инвестиционной активности. В физическом объеме инвестиции остаются значительно, на четверть выше, чем до 2022 года. Экономика, по ее словам, работает с полным напряжением сил, увеличивает производство и продолжает создавать задел на будущее. Более того, инвестиционная активность последние два квартала растет после нижней точки в I квартале, и регулятор ожидает, что в следующем году инвестиции прирастут не только в триллионах, но и в физическом объеме, в том числе благодаря значительной прибыли реального сектора. Суммарно по всем отраслям реального сектора прибыль составила 25 трлн рублей за последние 12 месяцев, то есть предприятия зарабатывают примерно по 2 трлн рублей в месяц. Это на 10% меньше, чем в прошлом году, но все же более чем достаточно для вложений в расширение производства, хотя картина по отраслям, как оговорилась Набиуллина, очень разная.
Она также указала на весомый вклад кредита в инвестиционную активность. За последние 12 месяцев банки профинансировали компании на 13 трлн рублей — это и кредиты, и облигации компаний, которые покупают банки. По ее словам, 13 трлн рублей представляют собой именно прирост финансирования сверх того, что было выдано в счет рефинансирования ранее предоставленных кредитов, и это не в основном рефинансирование, как иногда приходится слышать. В месяц бизнес дополнительно привлекает от банков порядка 1 трлн рублей, причем прирост равномерно распределен между заемщиками из разных отраслей. Вместе с 2 трлн рублей прибыли ежемесячно это серьезный ресурс. Отвечая на вопрос о длинных деньгах, она привела данные, что в корпоративном портфеле банков примерно три четверти кредитов, имеющих определенную срочность, выдавалась и выдается на сроки более года, а кредиты на срок свыше 3 лет, которые могут служить инвестиционными, составляют 49 трлн рублей, или 56%.
Однако, по ее словам, напрашивается вопрос: если реальный сектор располагает такими ресурсами и инвестиции почти на четверть выше, чем пять лет назад, почему за эти же пять лет производительность труда увеличилась кратно меньше — всего на 5%? Эта разница, как она отметила, бросается в глаза, и видимо, вопрос не только и не столько в доступности финансирования и объемах инвестиций, сколько в том, как они распределяются и кого поддерживать, чтобы финансирование направлялось тем, у кого растет производительность.
Льготное кредитование и ипотека
Набиуллина затронула и тему льготного финансирования, отметив, что было немало вопросов о возможности ввести его в той или иной отрасли или сегменте. Желание помочь предприятиям понятно, и в последние годы кредитование по субсидируемым ставкам значительно увеличилось: по оценкам Банка России, объем таких кредитов приблизился к 19 трлн рублей, что составляет 14% всех рублевых кредитов экономике. Самый большой кусок — ипотека, что, по сути, является субсидированием жилищного строительства через повышение спроса. Однако она предупредила, что бесконечное расширение льготного кредитования — это тупик как с точки зрения нагрузки на бюджет, так и потому, что регулятор хочет доступных рыночных ставок для всех, а не только для избранных, получивших доступ к льготным кредитам. Большой объем льготных кредитов, по ее словам, является одной из причин высокой ключевой ставки, которая вынуждена сильнее сдерживать нельготную, рыночную часть кредитной активности. Она напомнила, что льготное кредитование, как и любые субсидии, — вопрос Правительства, и выразила точку зрения, что миллиарды и триллионы рублей, задействованные в виде субсидий, должны быть в большей степени заточены на рост производительности. Поддержка спроса, к которой регулярно прибегали в прошлом, уместна только тогда, когда экономика сталкивается с нехваткой совокупного спроса и высокой безработицей, как это было в 2008–2009, 2014–2015 и 2020 годах, но сейчас этого и близко нет.
Переходя к ипотеке, где, как она отметила, сокращается периметр льготного кредитования, Набиуллина признала, что граждан и депутатов беспокоит то, что рыночные ставки по ипотеке все еще высокие. Однако она привела данные: прирост ипотеки за последние 12 месяцев составил 2,5 трлн рублей, что больше, чем в прошлом году и в 2024 году в денежном выражении. Важнее даже объем выдачи, так как именно выдачи финансируют покупку жилья, а не прирост кредитного портфеля: за последние 12 месяцев выдачи ипотеки составили 5,4 трлн рублей, что также больше, чем в предыдущие два года. Причем все более значимую роль начинает играть именно рыночная ипотека, доля которой удвоилась в выдачах по сравнению с прошлым годом. То есть через ипотеку, в том числе рыночную, деньги в строительство идут. Но, по ее мнению, основное — это то, что в конечном счете гражданам нужно не доступная ипотека, а доступное жилье, а доступность жилья зависит не только от процентной ставки, но и от цены квадратного метра и объема долга, который людям надо брать. Она повторила, что льготные программы дали крайне доступную стоимость ипотеки для получателей, но эта выгода была в значительной степени, если не вся, съедена ростом цены, а те, кому льготные программы были не положены, столкнулись с падением доступности жилья. После отказа от безадресной льготной ипотеки цены на жилье уже не растут так стремительно, темп роста цен замедлился почти вдвое. Путь к доступной рыночной ипотеке, по ее словам, лежит через низкую инфляцию, а льготная ипотека должна быть строго адресной.
Инфляция и ключевая ставка
Говоря об инфляции, Набиуллина напомнила, что и год назад, и в марте этого года говорила о существенном снижении инфляции с пиков и о расчете вернуть ее к 4% уже в этом году. Замедление роста цен продолжалось до мая включительно, даже с учетом всплеска цен от повышения НДС, тарифов и утильсбора. Однако затем, по ее словам, произошли новые обстоятельства, которые регулятор учитывал. Одним из факторов стал широкий круг товаров и услуг, по которым наблюдался рост цен, а вторым — то, что Правительство отложило на более поздний срок возвращение к бездефицитному бюджету. Связь тут прямая: дополнительные деньги приходят в экономику по двум основным каналам — через банковский кредит и через бюджет, и если по бюджетному каналу приходит больше денег, то через кредит должно прийти меньше, чтобы денежная масса не обгоняла возможности экономики производить товары и услуги. Учитывая эти обстоятельства, Банк России был вынужден действовать осторожнее и замедлить снижение ключевой ставки.
Набиуллина подробно объяснила, как работает ключевая ставка, отметив, что когда регулятор призывают радикально ее снизить, то ждут автоматического снижения процентных ставок по кредитам. Это так, если инфляция низкая, инфляционные ожидания низкие и есть уверенность, что инфляция останется низкой вдолгую. Если же нет ни того, ни другого, как сейчас, результат, скорее, будет обратным: короткие кредиты, может, и подешевеют вслед за ключевой ставкой, но тут же вырастут цены, а долгосрочные кредиты сначала резко подорожают, а потом могут исчезнуть вообще. Она привела исторический пример: когда была очень высокая инфляция, люди сберегали в валюте, а не в рублях, а предприятия привлекали займы из-за рубежа, из тех стран, где были низкие ставки, и низкие ставки за рубежом были именно в странах с низкой инфляцией. Но сейчас зарубежное финансирование недоступно, и поэтому вдвойне важно прийти к низкой инфляции в своей стране, чтобы создать доступные кредитные ресурсы. По ее словам, нужно завершить «импортозамещение» низкой мировой инфляции и умеренных мировых ставок такими же условиями в национальной экономике, и это абсолютно необходимо, чтобы экономика крепко стояла на своих ногах.
Рынок труда и курс рубля
Набиуллина назвала нехватку кадров одним из факторов, сдерживающих рост экономики. Пока в экономике были свободные руки, она могла быстро расти за счет увеличения числа занятых, но еще в 2024 году этот источник роста практически иссяк, что видно по очень низкому уровню безработицы. Закономерно и рост экономики стал более сдержанным, и дальше он может расти на основе роста производительности труда, темпы которого пока остаются низкими. Она признала, что есть сокращения на предприятиях в деревообработке и черной металлургии, крупные автопроизводители периодически переходили на четырехдневку, и сокращения и простои всегда очень болезненны. Но их становится все меньше, а нижняя точка замедления спроса и экономической активности даже в этих отраслях была пройдена, по оценке регулятора, в начале этого года, в I квартале. При этом по-прежнему активно ищут новый персонал предприятия цветной металлургии, химической промышленности, фармацевтики, а в промышленности, строительстве, логистике и торговле больше предприятий, которые говорят о нехватке сотрудников, чем тех, у кого работников достаточно. То, что происходит, по ее словам, — это переток кадров из одних предприятий и отраслей в другие, где они более востребованы, и это один из главных каналов повышения производительности. Низкие показатели безработицы говорят о том, что работники, уходящие из одних предприятий, находят работу на других, и не мешать этому перетоку — задача для поддержания структурной перестройки экономики.
Что касается курса рубля, Набиуллина отметила, что бизнес и эксперты постоянно призывают принять меры то в одну, то в другую сторону в зависимости от отрасли, которую они представляют. Позиция Банка России состоит в том, что курс рубля должен определяться не потребностями избранных отраслей, поскольку для экономики все отрасли важны, а потоками экспорта и импорта и привлекательностью рубля для сбережений. Только в этом случае валютный канал работает как механизм, укрепляющий экономику. Она признала, что всем хотелось бы, чтобы рубль колебался в более узких пределах, но с учетом всех обстоятельств и санкций нынешний диапазон колебаний не представляется чрезмерным. При этом она напомнила общее правило: чем ниже инфляция, тем при прочих равных стабильнее курс, и это бесспорный факт, подтверждаемый историей многих стран за десятилетия.
Прогнозы и сценарии
В заключительной части выступления Набиуллина сообщила, что к цели по инфляции в 4% Банк России рассчитывает прийти в следующем году, и это базовый прогноз. Он также предполагает постепенное ускорение экономики и последовательное, хотя и аккуратное, снижение ключевой ставки, которая достигнет своего нейтрального диапазона в 7,5–8,5% в 2029 году. Важным условием для этого она назвала постепенное снижение дефицита, заложенное в проект бюджета, что важно для долгосрочной устойчивости финансов и, как следствие, открывает возможности наращивать кредитование без рисков для ускорения роста цен. Неслучайно снижение ключевой ставки до нейтрального уровня происходит в прогнозе одновременно с окончательным возвращением бюджета в сбалансированное состояние.
Она подчеркнула, что жизнь богаче любых прогнозов, поэтому регулятор всегда просчитывает несколько альтернативных сценариев. Один из них — дезинфляционный, основанный на более оптимистичных предпосылках: если удастся быстрее повысить производительность и решить проблемы на рынке труда, то инфляция будет снижаться быстрее, и ключевая ставка опустится ниже 10% уже в следующем году. Два других сценария показывают, как регулятор будет действовать в менее благоприятных условиях: чем выше будет рост цен, чем больше будет дефицит бюджета и чем дольше будут восстанавливаться предприятия, тем выше будет проходить траектория ключевой ставки.
Завершая выступление, Набиуллина вернулась к вопросам депутатов и сформулировала главный тезис: ключевая ставка высокая уже три года и останется высокой еще какое-то время. Оправдано ли это с точки зрения интересов экономики, граждан и бизнеса? Она выразила абсолютную уверенность, что да. Это болезненный период, но выбора нет, прежде всего потому, что общая цель — рост благосостояния граждан. Для этого Правительство делает свою часть работы, а Центральный банк — свою, и умеренный, предсказуемый рост цен является вкладом регулятора в благосостояние граждан. По ее словам, это иногда теряется за прочими вопросами, но для обычных людей подорожание продуктов и основных услуг всегда очень болезненно. Люди хотят возвращения умеренных ставок по ипотеке, бизнес ждет доступных кредитов, и страна, где все беспрерывно и непредсказуемо дорожает, будет заведомо уязвима. Только страна с низкой инфляцией может рассчитывать на умеренные ставки, устойчивую валюту и достаточные инвестиции в свое будущее.
