#картавыйинвестор — посты и обсуждения

«Ни одна наша заправка не закрыта. Очереди возникают потому, что на других сетях подчас есть проблемы».

Так Игорь Сечин ​$ROSN прокомментировал ситуацию с топливом в начале сентября

Звучит успокаивающе. Но если бензин есть, почему тогда в отдельных регионах водители стоят в очередях, появляются лимиты на отпуск, а цены с начала года выросли более чем на 20%?

Разбираемся без паники.

Что происходит на самом деле?

Главное — не путать нефть и бензин.

Россия может добывать огромные объёмы нефти, но автомобиль нельзя заправить сырой нефтью.

Сначала её нужно переработать на НПЗ, затем бензин доставить на нефтебазы и только потом — на АЗС.

Если проседает переработка или логистика, возникает локальный дефицит даже при достаточной добыче нефти.

Сейчас именно такая ситуация.

Вице-премьер Александр Новак признавал: небольшой дефицит бензина сохраняется в отдельных регионах, особенно в Сибири и на Урале. Причина — неравномерное распределение топлива и логистика.

При этом дизельным топливом и авиакеросином внутренний рынок обеспечен полностью. (​Interfax.ru⁠)

То есть корректнее говорить не «в России закончился бензин», а о локальном дисбалансе.

Почему появились очереди?

Есть сразу несколько причин.

Первая — ремонты НПЗ.

По словам Новака, в ремонтах находилось около 10% нефтеперерабатывающих мощностей. Часть ремонтов внеплановые, а нефтяные компании дополнительно увеличивают расходы на защиту инфраструктуры. (​Interfax.ru⁠)

Если завод временно снижает выпуск, свободного бензина на рынке становится меньше.

Вторая причина — высокий сезонный спрос.

Конец лета и начало осени — автомобильный сезон, сельхозработы и активные грузоперевозки.

Получается неприятное совпадение:

предложение ограничено именно тогда, когда спрос остаётся высоким.

Третья причина — логистика.

Топливо может физически быть в стране, но не оказаться вовремя на конкретной АЗС.

Именно поэтому ситуация настолько неравномерная.

А что с ценами?

Вот здесь цифры уже серьёзнее.

По данным Росстата на 7 сентября:

⛽ средний бензин — 78,25 ₽/л

АИ-92 — 74,25 ₽

АИ-95 — 80,60 ₽

дизель — 88,44 ₽

Но гораздо интереснее динамика.

С начала 2026 года бензин подорожал на 21,2%.

АИ-92 — на 21,3%.

АИ-95 — на 21,5%.

Причём только за неделю 1–7 сентября бензин прибавил ещё 0,6%. (​Росстат⁠)

Получается важный вывод:

физический дефицит может постепенно стабилизироваться, а ценовая проблема при этом никуда не исчезает.

Почему крупные сети чувствуют себя лучше?

Вот здесь заявление Сечина особенно интересно.

«Роснефть» — вертикально интегрированная компания.

У неё есть:

добыча → переработка → логистика → собственные АЗС.

Независимая заправка часто покупает бензин на бирже.

Если оптовая цена резко растёт, её маржа сжимается.

Тогда владелец АЗС вынужден:

поднимать цену,

ограничивать продажи

или временно прекращать реализацию конкретной марки бензина.

Поэтому очередь возле крупной сети действительно может означать не то, что у неё всё плохо.

А наоборот:

у неё топливо есть, когда у соседей возникли перебои.

И для инвестора это важный вывод.

Вертикальная интеграция в кризис превращается в конкурентное преимущество.

Что делает государство?

Правительство уже ввело временный запрет на экспорт бензина до 31 января 2027 года.

Цель очевидна — оставить больше топлива внутри страны. (​Правительство России⁠)

Кроме того, Россия начала импортировать бензин из дружественных стран. По словам Новака, первые поставки уже поступают и помогают насыщать рынок. (​Interfax.ru⁠)

Есть и позитивный сигнал с биржи.

За первые четыре дня сентября продажи бензина на Петербургской бирже выросли почти на 69% по сравнению с аналогичным периодом августа.

Но есть нюанс.

С начала 2026 года общий объём биржевых продаж бензина всё ещё примерно на 24% ниже, чем год назад. (​Коммерсантъ⁠)

То есть предложение восстанавливается, но рынок пока нельзя назвать полностью нормализовавшимся.

Почему это важно не только автомобилисту?

Потому что бензин находится практически во всей экономике.

Топливо дорожает →

перевозки дорожают →

логистика бизнеса дорожает →

себестоимость товаров растёт →

инфляционное давление увеличивается.

И здесь появляется прямая связь с инвестициями.

Если топливо продолжает дорожать значительно быстрее общей инфляции, ЦБ становится сложнее быстро снижать ключевую ставку.

А высокая ставка продолжает давить на акции, кредитование и потребительский спрос.

Получается цепочка:

НПЗ → бензин → логистика → инфляция → ставка → фондовый рынок.

Мой вывод

Ситуация сейчас выглядит лучше, чем в конце августа.

Часть НПЗ возвращается в работу.

Импорт начался.

Биржевые продажи увеличились.

Но говорить, что проблема полностью решена, пока рано.

Бензин продолжает дорожать, а небольшой локальный дефицит официально признаётся властями.

Поэтому я бы следил за тремя показателями:

1. Биржевые цены АИ-92 и АИ-95.

2. Объём продаж бензина на бирже.

3. Количество регионов с очередями и ограничениями.

Если предложение продолжит расти, а розничные цены перестанут ускоряться — значит рынок действительно стабилизируется.

Но если бензин продолжит дорожать темпами 20%+ с начала года, топливная проблема постепенно превращается из локальной в макроэкономическую.

И для инвестора это уже намного важнее очереди возле конкретной АЗС.

А что сейчас происходит у вас?

⛽ Всё спокойно

🚗 Есть очереди

📈 Бензин есть, но сильно подорожал

🔥 На некоторых АЗС топлива не хватает

#бензин #АЗС #Роснефть #Сечин #топливо #нефть #инфляция #экономика #инвестиции #КартавыйИнвестор

На первый взгляд у Армении всё выглядит неплохо.

ВВП в 2025 году вырос на 7,2%, а МВФ ждёт около 5,3% роста в 2026-м.

Банковская система остаётся устойчивой, резервы высокими, а драм — крепким.

Но одновременно бюджет остаётся дефицитным, госдолг растёт, а торговля с Россией заметно сокращается.

Получается интересная ситуация:

экономика растёт быстро, но поддерживать этот рост становится сложнее.

Что именно увидел МВФ?

По итогам 2025 года дефицит бюджета Армении составил 3,7% ВВП, а госдолг — 47,3% ВВП.

На 2026 год первоначально закладывали дефицит 4,5%, но благодаря более сильным налоговым поступлениям власти теперь рассчитывают удержать его примерно на уровне 4% ВВП.

Госдолг МВФ оценивает примерно в 48,7% ВВП. (​IMF⁠)

То есть сразу важное уточнение:

Армения не находится в долговом кризисе.

Более того, прогноз по долгу сейчас лучше первоначальных ожиданий бюджета.

Но направление всё равно очевидно: расходы превышают доходы, а долг постепенно увеличивается.

Где тогда риск?

Армении одновременно приходится финансировать инфраструктуру, социальные программы, безопасность и другие крупные расходы.

Если государство регулярно тратит больше, чем получает, разницу приходится закрывать:

дополнительными доходами → резервами → новыми заимствованиями.

Пока экономика растёт на 5–7%, это вполне управляемая модель.

Но если рост замедляется, а дефицит остаётся высоким, долг относительно размера экономики начинает увеличиваться быстрее.

Именно поэтому МВФ ожидает постепенного сокращения дефицита в следующие годы. (​IMF⁠)

Есть показатель, который мне нравится меньше

В 2025 году дефицит текущего счёта Армении вырос до 7,2% ВВП.

Если сильно упростить: страна получает из внешнего мира меньше валюты через текущие операции, чем тратит.

Сам по себе дефицит текущего счёта не означает кризис.

Но небольшая открытая экономика становится чувствительнее к:

курсу валюты,

торговле,

потокам капитала,

настроению иностранных инвесторов.

И здесь мы подходим к России.

Россия всё ещё главный партнёр. Но торговля падает

За первое полугодие 2026 года товарооборот России и Армении составил около $2,63 млрд.

Это сразу на 20,9% меньше, чем годом ранее.

Экспорт Армении в Россию снизился на 4,2%, а импорт из России — на 30,6%.

При этом на Россию всё ещё приходится примерно 30% внешней торговли Армении. (​arka.am⁠)

То есть зависимость остаётся большой.

Но тот мощный торговый импульс, который Армения получила в предыдущие годы, постепенно ослабевает.

И вот здесь находится главный экономический риск

Часть сверхвысокого роста Армении после 2022 года была связана не только с внутренним развитием.

Страна получила сильный приток людей, бизнеса, капитала и транзитной торговли.

Сейчас часть этих эффектов нормализуется.

И одновременно возникают новые ограничения.

S&P оценивает, что расширение российских ограничений на поставки некоторых армянских товаров может затронуть экспорт, эквивалентный примерно 2% ВВП страны.

Причём по отдельным категориям 80–98% армянского экспорта направлялось именно в Россию. (​arka.am⁠)

Вот это уже серьёзная концентрация.

Если твой основной покупатель закрывает рынок, быстро найти сопоставимого клиента бывает сложно.

Но драм удивительно крепкий

На 8 сентября 2026 года официальный курс составляет около:

364 драмов за доллар.

Причём большую часть августа доллар также находился примерно в районе 364–366 драмов. (​CBA⁠)

То есть валютной паники рынок пока вообще не показывает.

Для экономики это плюс.

Крепкий драм удешевляет импорт и валютные обязательства.

Но есть обратная сторона:

для экспортёров слишком сильная национальная валюта может снижать конкурентоспособность.

Причём здесь российский инвестор?

Я бы смотрел сразу на четыре направления.

1. Облигации

Чем больше бюджетный дефицит, тем больше потенциальная потребность государства в заимствованиях.

Пока долг около 49% ВВП выглядит комфортно.

Но если дефицит будет сохраняться, инвесторы со временем могут требовать большую премию за риск.

2. Валюта

Можно получить хороший купон в драмах, но итоговая доходность российского инвестора зависит ещё и от курса AMD.

Условные +10% по облигации мало помогут, если валюта за это время сильно ослабнет.

3. Российский бизнес

Российские компании остаются системно важными для армянской экономики.

Например, «Газпром Армения» в первом полугодии 2026 года вошёл в число крупнейших налогоплательщиков страны, перечислив около 31,5 млрд драмов. (​arka.am⁠)

4. Изменение торговых потоков

Россия остаётся крупнейшим партнёром, но одновременно Армения активно наращивает торговлю с другими направлениями.

За первое полугодие товарооборот с ЕС вырос на 46,2%, тогда как с ЕАЭС снизился на 19%. (​arka.am⁠)

Для инвестора это уже структурный процесс, за которым стоит следить.

Мой вывод

Я бы пока не называл ситуацию в Армении тревожной.

Рост ВВП около 5,3% — сильный.

Госдолг около 49% ВВП — управляемый.

Банковская система устойчива.

Драм стабилен.

Но экономика входит в более сложную фазу.

Быстрый рост последних лет замедляется.

Бюджет остаётся дефицитным.

Госдолг постепенно увеличивается.

А торговля с крупнейшим партнёром — Россией — сокращается.

Поэтому главный вопрос сейчас не:

«Есть ли у Армении долговая проблема?»

Пока нет.

Интереснее другой:

«Сможет ли экономика продолжать расти на 4–5%, когда эффект последних нескольких лет окончательно нормализуется?»

Если да — долг около 50% ВВП выглядит вполне комфортно.

Если рост уйдёт к 2–3%, а дефицит останется около 4–5%, долговая нагрузка станет намного интереснее для анализа.

Поэтому я бы следил за одной цепочкой:

ВВП → дефицит бюджета → госдолг → курс драма → торговля с Россией.

Именно она покажет реальное состояние экономики лучше любого громкого заголовка.

А вы рассматриваете Армению как инвестиционное направление?

🇦🇲 Да, рынок интересен

💵 Интересуют валютные инструменты

📊 Пока только наблюдаю

🇷🇺 Предпочитаю российские активы

#Армения #экономикаАрмении #госдолг #МВФ #драм #облигации #РоссияАрмения #экономика #инвестиции #КартавыйИнвестор

Вышел новый, 5-й выпуск «Марафона облигаций». https://youtu.be/yvRj6DlZ0_s

В этом выпуске:

— докупил Экониву; $RU000A10FHY2
— докупил Самолёт; $RU000A107RZ0
— получил купон от Самолёта — 103,56 ₽; $RU000A107RZ0
— получил купон от Рестор — 46,81 ₽; $RU000A10E7K3
— вывел текущий купонный денежный поток портфеля — 534 ₽ в месяц.

Суть эксперимента простая:
не искать «ракету», не гадать, что выстрелит, а методично собирать денежный поток через облигации.

Да, 534 ₽ в месяц — это пока не свобода.
Но именно так и начинается путь:
сначала маленький денежный поток, потом привычка, потом капитал, потом уже серьезный результат.

Большинство хочет сразу много.
Я показываю другой путь — скучный, но рабочий.

В видео разобрал новые покупки, купоны и текущее состояние портфеля.

Смотреть новый выпуск можно уже сейчас.
https://youtu.be/yvRj6DlZ0_s

Не ИИР. Показываю только свой личный путь и сделки в рамках марафона.

#облигации #инвестиции #марафоноблигаций #картавыйинвестор #денежныйпоток #купоны #пассивныйдоход #самолет #эконива

Представьте две новости.

Первая: компания увеличила прибыль на 50%.

Вторая: появились новые сигналы о прогрессе в переговорах.

Какая новость сильнее двинет российский рынок?

Сейчас всё чаще — вторая.

3 сентября Индекс Мосбиржи прибавил около 2,6% за день на улучшении геополитического фона.

8 сентября рынок внутри дня рос более чем на 1,5% и поднялся выше 2300 пунктов. Но после разговора Путина и Трампа, не давшего рынку ожидаемого прорыва, почти весь рост исчез.

Одна новость способна за несколько часов изменить настроение всего рынка.

Почему отчётность компании сегодня иногда значит меньше одного заголовка о переговорах?

Рынок торгует не только прибыль. Он торгует вероятность будущего

Обычно цена акции зависит от:

прибыли, $LKOH
дивидендов, $GAZP
долга,
темпов роста,
ставок.

Но у российских активов есть ещё один огромный параметр — геополитическая премия за риск.

Инвестор оценивает вероятность смягчения санкций, улучшения внешней торговли, снижения логистических издержек и изменения потоков капитала.

Если вероятность такого сценария меняется, переоценивается почти весь рынок одновременно.

Хороший пример — ЛУКОЙЛ

За первое полугодие 2026 года чистая прибыль ЛУКОЙЛа по МСФО выросла примерно в 1,5 раза — до 430,9 млрд ₽.

EBITDA выросла более чем на 34%.

На новости акции прибавляли около 2,5%.

Но за предыдущие 12 месяцев бумаги всё ещё были дешевле примерно на 33%.

Почему?

Даже отличная прибыль не отменяет санкционные риски, вопросы по зарубежным активам, экспорту и общей оценке российского рынка.

Фундаментал говорит: компания зарабатывает.
Геополитика отвечает: сколько инвестор готов за эту прибыль заплатить?

И это касается не только нефтянки

Во втором квартале выручка Яндекса выросла на 16%, EBITDA — на 35%, скорректированная чистая прибыль — на 56%.

Сбер ожидает рекордную прибыль в 2026 году.

То есть проблема рынка не в том, что крупные компании перестали зарабатывать.

Проблема в другом:

рынок не понимает, какой мультипликатор завтра будет нормальным для всей страны.

Почему переговоры так сильно влияют на цену?

Представим прибыль компании — 100 ₽ на акцию.

При высокой неопределённости рынок даёт ей P/E 4.

Акция стоит условные 400 ₽.

Если геополитический риск снижается, рынок может решить, что справедлив уже P/E 6.

Компания не заработала ни рублём больше.

Но оценка становится 600 ₽.

+50%.

Вот почему позитивный геополитический сценарий способен дать огромную переоценку без мгновенного роста прибыли.

Работает и наоборот: негативный заголовок возвращает премию за риск.

Поэтому рынок стал почти бинарным

Сценарий №1 — деэскалация.

Переговоры продвигаются → премия за риск снижается → мультипликаторы растут → Индекс Мосбиржи получает потенциал переоценки.

Сценарий №2 — затягивание конфликта.

Переговоры буксуют → санкционные риски остаются → инвесторы требуют большую доходность → мультипликаторы остаются низкими.

Отсюда и резкие движения после нескольких заявлений.

Но есть ещё ключевая ставка

Ставка Банка России сейчас 14%.

Пока безрисковые инструменты дают двузначную доходность, акциям приходится конкурировать с депозитами и ОФЗ.

Поэтому для устойчивого роста рынку желательно получить сразу два фактора:

снижение геополитического риска + снижение ставки.

Если сработают оба, часть капитала потенциально начнёт перетекать из денежного рынка и облигаций в акции.

Если не сработает ни один — дешёвые мультипликаторы могут оставаться дешёвыми долго.

Следующее решение ЦБ — 11 сентября.

Значит, отчётности больше не нужны?

Наоборот.

Геополитика способна поднять весь рынок.

Но после первого движения инвесторы снова начнут выбирать:

какие компании действительно заслуживают более высокой цены?

И тогда возвращаются прибыль, долг, дивиденды и денежный поток.

Переговоры могут переоценить рынок.

Но они не превращают плохой бизнес в хороший.

Как я смотрю на рынок

Если покупать только на фразе «переговоры идут хорошо», легко стать участником эмоционального ралли.

Если полностью игнорировать геополитику и смотреть только на P/E — можно пропустить главный фактор переоценки российского рынка.

Поэтому мой подход простой:

фундаментал определяет, ЧТО покупать.
Геополитика и ставка во многом определяют, КОГДА рынок будет готов заплатить за это больше.

Мой вывод

Российский рынок действительно стал почти бинарным.

Хорошие отчётности компаний имеют значение.

Но на горизонте нескольких дней одна новость о переговорах способна перекрыть квартал корпоративных результатов.

Это не значит, что фундаментальный анализ перестал работать.

Просто над каждой российской компанией сегодня висит ещё один огромный мультипликатор:

премия за страновой и геополитический риск.

Если она начнёт устойчиво снижаться — уже существующая прибыль компаний может стоить значительно дороже.

Если нет — дешёвый рынок способен оставаться дешёвым ещё долго.

А что сейчас важнее для российского рынка?

🤝 Переговоры
🏦 Снижение ставки
📊 Отчётности компаний
💰 Всё уже заложено в цены

#Мосбиржа #российскийрынок #акции #переговоры #геополитика #ЛУКОЙЛ #Сбер #Яндекс #инвестиции #КартавыйИнвестор