#картавыйинвестор — посты и обсуждения

Ещё несколько лет назад АЛРОСА считалась одной из классических дивидендных историй российского рынка.

Алмазы продаются.

Компания генерирует денежный поток.

Акционеры получают выплаты.

Но сейчас крупнейший акционер фактически готовится к совсем другому сценарию.

Якутия, которой принадлежит 25% АЛРОСА, не заложила дивиденды компании в бюджет на 2027–2029 годы.

И это довольно мощный сигнал.

Потому что республика напрямую заинтересована в этих деньгах.

Это значит, что дивидендов точно не будет три года?

Нет.

Важно не превратить новость в кликбейт.

АЛРОСА официально не объявляла:

«до 2029 года дивидендов не будет».

Якутия просто строит бюджет по консервативному сценарию и предпочитает заранее не рассчитывать на выплаты.

Но когда один из крупнейших акционеров сам не закладывает дивиденды в свои доходы — инвестору точно стоит обратить внимание.

Особенно учитывая финансовые показатели компании.

Что происходит с прибылью?

За первое полугодие 2026 года АЛРОСА получила:

выручку — 91,7 млрд ₽, −33%;

скорректированную EBITDA — 14,3 млрд ₽, −61%;

чистый убыток — 9,5 млрд ₽.

Годом ранее за тот же период компания заработала около 40,6 млрд ₽ чистой прибыли.

То есть произошёл разворот:

+40,6 млрд ₽ → −9,5 млрд ₽.

Для дивидендной истории это уже серьёзный красный флаг.

Но прибыль — ещё не главная проблема

Главная цифра для меня сейчас:

чистый долг / EBITDA = 3,2x.

Годом ранее было всего 1,2x.

Чистый долг вырос до 112,1 млрд ₽.

А свободный денежный поток за первое полугодие составил:

−16,9 млрд ₽.

То есть компания сейчас не генерирует свободные деньги для акционеров.

Она их расходует.

Причём дивидендную политику только что обновили

23 октября наблюдательный совет утвердил новую редакцию.

И самое интересное:

основные принципы почти не изменились.

Для выплаты дивидендов отношение чистого долга к EBITDA должно быть не выше 1,5x.

При выполнении этого условия минимальный ориентир — около 50% чистой прибыли по МСФО.

А теперь сравним:

допустимый уровень — ≤1,5x;

текущий — 3,2x.

То есть долговая нагрузка сейчас более чем в два раза выше уровня, при котором политика предусматривает нормальную дивидендную выплату.

Когда АЛРОСА платила последний раз?

Последняя выплата была за первое полугодие 2024 года:

2,49 ₽ на акцию.

За вторую половину 2024-го — ничего.

За 2025 год — тоже ничего.

Получается, дивидендная пауза уже стала не разовым событием.

И сейчас вопрос скорее не:

«заплатят ли в этот раз?»

А:

«что должно измениться, чтобы выплаты вообще вернулись?»

Для возврата дивидендов нужны три вещи

Первое — восстановление алмазного рынка.

АЛРОСА сама отмечает признаки стабилизации запасов в индийской огранке и улучшение спроса на крупные бриллианты.

Это позитив.

Но отрасль всё ещё находится в сложном цикле.

Второе — положительный свободный денежный поток.

Без него платить дивиденды приходится либо из накопленной ликвидности, либо через рост долга.

Для компании с 3,2x по долговой нагрузке это плохая идея.

Третье — снижение долга относительно EBITDA.

Для возвращения к порогу 1,5x нужно либо существенно уменьшить долг, либо резко увеличить EBITDA.

Лучше — одновременно.

Может ли ситуация быстро улучшиться?

Может.

Во втором квартале уже появились первые признаки стабилизации.

EBITDA выросла более чем в четыре раза относительно первого квартала:

с 2,6 до 11,8 млрд ₽.

Чистый убыток сократился:

с −9,4 млрд ₽ почти до нуля.

То есть первый квартал действительно мог оказаться близким к локальному дну.

Но свободный денежный поток всё равно оставался отрицательным.

Поэтому говорить о возвращении дивидендной машины пока рано.

Что это значит для инвестора?

АЛРОСА сегодня — уже не классическая история:

«купил ради дивиденда и жду выплату».

Сейчас это скорее ставка на восстановление алмазного цикла.

Если рынок алмазов оживает →

выручка растёт →

EBITDA восстанавливается →

долговая нагрузка снижается →

возвращаются дивиденды →

акция может получить сразу несколько драйверов.

Но если кризис затянется, инвестор может ещё долго сидеть без денежного потока.

И здесь главный парадокс

Отсутствие дивидендов само по себе даже может быть правильным решением.

При отрицательном свободном денежном потоке и высоком долге гораздо логичнее сохранить деньги внутри компании.

Погасить долг.

Финансировать производство.

Переждать слабый цикл.

Чем взять ещё больше долгов только ради того, чтобы акционеры получили красивую выплату.

Иногда не заплатить дивиденд — правильнее для долгосрочной стоимости бизнеса.

Мой вывод

Заголовок:

«АЛРОСА БЕЗ ДИВИДЕНДОВ ДО 2029 ГОДА»

пока слишком категоричен.

Компания такого решения не принимала.

Но сигнал от Якутии очень серьёзный:

крупнейший региональный акционер уже планирует ближайшие годы так, будто дивидендов не будет.

А текущие цифры объясняют почему:

убыток 9,5 млрд ₽;

FCF −16,9 млрд ₽;

чистый долг 112 млрд ₽;

долг/EBITDA 3,2x при дивидендном пороге 1,5x.

Поэтому я бы сейчас покупал АЛРОСА не ради дивидендов.

А только если верю в:

ВОССТАНОВЛЕНИЕ АЛМАЗНОГО РЫНКА → РОСТ EBITDA → СНИЖЕНИЕ ДОЛГА → ВОЗВРАТ ВЫПЛАТ.

Именно эта цепочка должна сработать.

А вы бы сейчас покупали АЛРОСА?

💎 Да — ставка на восстановление

💰 Только после возвращения дивидендов

🟡 Буду ждать снижения долга

🔴 Алмазный рынок слишком слабый

#АЛРОСА #ALRS #дивиденды #акции #алмазы #Мосбиржа #инвестиции #дивидендныеакции #КартавыйИнвестор

Похоже, криптовалюту уже постепенно начинают встраивать в правовое поле. Обсуждение цифровых активов всё чаще выходит за рамки разговоров о запретах и ограничениях. Теперь внимание смещается к тому, как именно может выглядеть регулирование, кто получит доступ к операциям и какие правила будут действовать для обычных пользователей.

Но главный вопрос теперь звучит иначе:

Готовы ли вы покупать криптовалюту через российский банк, если взамен придётся отказаться от части анонимности и свободы?

Официальные сервисы действительно могут сделать операции удобнее и безопаснее. Понятные правила, поддержка банка, привычный интерфейс, возможность быстро пополнить счёт и вывести средства — всё это способно привлечь тех, кто пока избегает криптовалюты из-за сложности и неопределённости.

Для многих пользователей важна и другая сторона: если операции проходят через легальные российские платформы, может стать проще подтвердить происхождение средств, оплатить налоги и объяснить банку крупный перевод. Исчезнет часть вопросов, которые сегодня возникают при работе с зарубежными биржами, обменниками и P2P-площадками.

Но вместе с удобством появятся и новые ограничения.

Почти наверняка потребуется идентификация клиента. Банк будет видеть, откуда пришли деньги, куда они отправились и как часто совершаются операции. Транзакции могут анализироваться автоматическими системами, а подозрительные переводы — приостанавливаться до выяснения обстоятельств.

Кроме того, государство может установить лимиты, перечень разрешённых активов и ограничения для отдельных категорий пользователей. Возможно, не все криптовалюты будут доступны для покупки, а операции с некоторыми токенами окажутся под дополнительным контролем.

То есть криптовалюта станет более понятной и доступной, но при этом потеряет часть своей первоначальной идеи — независимости от банков и посредников.

Для одних это будет нормальной платой за безопасность. Людям важно понимать, что их средства не исчезнут из-за блокировки аккаунта, ошибки при переводе или недобросовестных действий контрагента. Если банк сможет вернуть ошибочный платёж, подтвердить операцию и предоставить поддержку, многие предпочтут именно такой вариант.

Для других главным преимуществом криптовалюты остаётся свобода. Возможность самостоятельно хранить активы, переводить их без разрешения посредника и пользоваться международной инфраструктурой может оказаться важнее удобства официального сервиса.

Альтернатива — зарубежные биржи и P2P-платформы. Там может быть больше выбора, выше ликвидность и доступ к большему количеству монет. Некоторые пользователи ценят возможность самостоятельно выбирать способ хранения, переводить активы между кошельками и не зависеть от одного банка.

Но рисков тоже немало.

Зарубежная площадка может изменить правила работы с российскими клиентами, ограничить регистрацию или заблокировать аккаунт. Биржа может запросить дополнительные документы, приостановить вывод средств или закрыть доступ к отдельным функциям. В P2P-сделках добавляются риски мошенничества, поддельных чеков, спорных платежей и попыток использовать чужие банковские счета.

При этом привычной защиты клиента может не быть. Если возникнет проблема, вернуть деньги или доказать свою правоту будет значительно сложнее. Особенно если пользователь не сохранил переписку, подтверждения платежей и данные о происхождении средств.

Есть и ещё один важный момент — ответственность самого пользователя. Даже при появлении официальных сервисов криптовалюта не станет полностью безопасным активом. Цена Bitcoin, Ethereum и других монет может резко меняться. Возможны просадки на десятки процентов, технические сбои, взломы кошельков и ошибки при отправке средств.

Поэтому легализация не означает гарантированный рост рынка и тем более не отменяет необходимость разбираться в инструментах. Официальный статус может снизить часть юридических рисков, но не уберёт рыночные и технологические.

Скорее всего, в будущем появится несколько параллельных сценариев. Одни будут покупать криптовалюту через банки и лицензированные платформы, соглашаясь на полную идентификацию и контроль операций. Другие продолжат пользоваться зарубежными биржами. Третьи выберут P2P, личные кошельки и децентрализованные сервисы.

Вопрос только в том, насколько жёсткими будут правила и смогут ли официальные площадки предложить конкурентные условия. Если комиссии окажутся высокими, выбор активов ограниченным, а вывод средств — сложным, пользователи продолжат искать альтернативы. Если же банки обеспечат удобство, прозрачность и нормальную ликвидность, часть рынка постепенно перейдёт в легальное поле.

Для государства это возможность контролировать денежные потоки, бороться с мошенничеством и сделать операции более прозрачными. Для банков — новый источник комиссий и клиентов. Для пользователей — шанс получить понятный доступ к цифровым активам.

Но вместе с этим возникает главный компромисс: удобство и защита в обмен на контроль и меньшую анонимность.

Что выбрали бы вы?

🟢 Покупал бы через банк

🟡 Только через зарубежную биржу

🔴 P2P удобнее

₿ Крипта мне вообще не нужна

#криптовалюта #Bitcoin #BTC #Ethereum #USDT #ЦБ #банки #инвестиции #финансы #КартавыйИнвестор

Друзья! прощу поддержать новый выпуск на ютуб лайком/ подпиской/ комментарием! это поможет алгоритмам в продвижении видео 🙏🏻

▶️ Смотреть выпуск: https://youtu.be/V_RWmrR93dU

Начинал с небольших покупок по 5 000 ₽ в неделю. Сейчас приложение прогнозирует около 916 ₽ купонных выплат за ноябрь.

Доход, который покроет все расходы? Пока нет. Но денежный поток постепенно собирается — и весь этот путь я показываю в марафоне.

Я Картавый инвестор. Вышел новый выпуск — отчёт сразу за три недели!

За это время:
▪️ пополнил счёт на 15 000 ₽;
▪️ купил 15 облигаций — Промсвязьбанка, томские облигации и АФК Системы;
▪️ получил 537,24 ₽ купонов за 5–23 октября.

Полученные выплаты возвращаю в работу вместе с регулярными пополнениями.

Почему беру за ориентир именно ноябрь?

Это ближайший полный месяц в календаре выплат. В портфеле есть флоатеры с купоном, привязанным к ключевой ставке, поэтому считать 916 ₽ постоянной ежемесячной суммой было бы неправильно.

Это текущий прогноз приложения на ноябрь. В следующие месяцы выплаты могут отличаться — из-за графика купонов и изменения их размера.

И ещё: купонные поступления не равны общей прибыли. Цена облигаций тоже меняется — это мы уже видели в прошлых выпусках.

А вы что делаете с купонами: реинвестируете, копите на следующую покупку или уже тратите?

Подписывайтесь здесь, в «Базаре», и на YouTube. Продолжаем марафон!

#КартавыйИнвестор #МарафонОблигаций #Облигации

С 1 декабря 2026 года в России начинает работать технологический сбор на часть электроники.

Для смартфона базовая ставка — 373 ₽ за устройство.

Для ноутбука — 746 ₽.

На первый взгляд суммы небольшие.

На смартфоне за 100 000 ₽ это всего 0,37%.

На ноутбуке за 120 000 ₽ — около 0,62%.

Кажется, можно вообще не обращать внимания.

Но главный вопрос другой:

останется ли сбор просто строкой на 373–746 ₽ — или бизнес переложит на покупателя больше?

Кто вообще будет платить?

Не обычный человек на кассе.

Сбор обязаны платить юридические лица и ИП, которые ввозят или производят такую электронику в России.

То есть формально платит импортёр или производитель.

Но любой новый расход бизнеса потенциально попадает в конечную стоимость товара.

Особенно на рынке, где цена уже зависит от курса рубля, логистики и стоимости финансирования.

И ставка не всегда одинаковая

Для смартфонов:

373 ₽ — базовая ставка;

250 ₽ — если товарный знак и модель есть в системе маркировки;

496 ₽ — если необходимой информации нет.

Для ноутбуков:

746 ₽ — базовая;

500 ₽ — при наличии данных;

992 ₽ — при их отсутствии.

То есть платеж за одно и то же устройство может отличаться почти в два раза.

Это создаёт дополнительный стимул работать через официальную маркировку.

Насколько реально подорожает техника?

Если новый расход просто перенести в цену:

смартфон за 50 000 ₽ → плюс 250–496 ₽;

смартфон за 100 000 ₽ → плюс те же 250–496 ₽;

ноутбук за 80 000 ₽ → плюс 500–992 ₽;

ноутбук за 150 000 ₽ → плюс те же 500–992 ₽.

Для дорогой техники прямой эффект действительно небольшой.

Но импортёр включает сбор в себестоимость.

Дальше появляются расходы на:

логистику;

хранение;

финансирование;

дистрибуцию;

розницу.

Поэтому конечная цена не обязана измениться строго на 373 или 746 ₽.

Но ждать, что один этот сбор превратит смартфон за 100 тысяч в смартфон за 110 тысяч, я бы тоже не стал.

Курс рубля намного важнее

Представим импортное устройство стоимостью $1 000.

При долларе 84 ₽:

84 000 ₽.

При долларе 90 ₽:

90 000 ₽.

Разница — 6 000 ₽ ещё до остальных расходов.

На этом фоне даже максимальные 496 ₽ сбора за смартфон выглядят скромно.

Поэтому для стоимости электроники намного опаснее сочетание:

слабый рубль + логистика + дорогие деньги + новый сбор.

А не сам сбор отдельно.

Тогда зачем его вводят?

Цель — создать дополнительный источник финансирования российской электронной и радиоэлектронной промышленности.

Минпромторг оценивает потенциальные поступления примерно в 136 млрд ₽ за шесть лет.

То есть речь не о разовой акции.

Создаётся постоянный механизм:

продаётся электроника → часть денег направляется на развитие отрасли.

Идея понятна.

Но для покупателя и инвестора главный вопрос другой:

насколько эффективно эти деньги превратятся в российские технологии и производство?

Потому что просто собрать деньги значительно проще, чем построить конкурентную компонентную базу.

Почему начинают со смартфонов и ноутбуков?

Это массовые категории, где иностранные бренды занимают значительную часть рынка.

На первом этапе сбор также затронет отдельные телефонные аппараты.

Но в будущем перечень продукции может расширяться.

И вот это уже интереснее первых 373 ₽.

Максимальный размер технологического сбора по закону может составлять до 5 000 ₽ за единицу товара.

Это не значит, что каждый смартфон скоро получит +5 000 ₽.

Но показывает, что механизм потенциально значительно шире нынешнего пилота.

Стоит ли покупать технику до 1 декабря?

Если вы и так собирались покупать смартфон или ноутбук — дополнительный аргумент купить раньше есть.

Особенно ноутбук, где платеж может приблизиться к 1 000 ₽.

Но покупать ненужный телефон только ради экономии 373–496 ₽ бессмысленно.

Скидка магазина на 5–10% способна перекрыть этот сбор в несколько раз.

Я бы намного внимательнее следил за:

курсом рубля;

новогодними скидками;

изменением импорта;

выходом новых моделей.

Что это значит для инвестора?

Для государства — новый ненефтегазовый источник доходов.

Для импортёров — дополнительная себестоимость.

Для ритейла — ещё один фактор ценообразования.

Для российских производителей — потенциальный источник господдержки и финансирования локализации.

А для покупателя — небольшое прямое удорожание, которое особенно заметно на дешёвой технике.

Например, 500 ₽ на устройстве за 20 000 ₽ — уже 2,5% цены.

А 500 ₽ на смартфоне за 150 000 ₽ — всего 0,33%.

Мой вывод

С 1 декабря новый сбор действительно начинает работать.

Но я бы не ждал ценового шока только из-за него.

373 ₽ за смартфон и 746 ₽ за ноутбук сами по себе не способны поднять рынок электроники на 10–20%.

Главный риск — другой:

сегодня сбор касается нескольких категорий и составляет сотни рублей.

А завтра перечень устройств и ставки могут расшириться.

Поэтому главный вопрос не:

«ПОДОРОЖАЕТ ЛИ СМАРТФОН НА 373 ₽?»

А:

«ЭТО НЕБОЛЬШОЙ ПЛАТЁЖ — ИЛИ НАЧАЛО НОВОЙ СИСТЕМЫ СБОРОВ НА ЭЛЕКТРОНИКУ?»

Вот за этим я бы следил намного внимательнее.

Что думаете?

📱 Куплю технику до 1 декабря

🟡 Сбор слишком маленький, чтобы спешить

💻 Жду скидок, а не боюсь сбора

🔴 Опасаюсь дальнейшего расширения

#смартфоны #ноутбуки #техсбор #электроника #импорт #рубль #инфляция #личныефинансы #экономика #КартавыйИнвестор

Сентябрьский спрос на семейную ипотеку оказался почти паническим.

Только Сбер выдал по программе 302,8 млрд ₽.