#резервы — посты и обсуждения
14 публикаций
Заявление финансового директора Сбербанка Тараса Скворцова о наращивании резервов по долгу маркетплейсов — это первый серьезный сигнал того, что инфраструктурные удары начинают конвертироваться в системные финансовые риски.
Что произошло с точки зрения банковского учета?
Сбербанк официально перевел часть кредитов (в первую очередь связанных с Wildberries) из первой-второй категории риска (где отчисления составляют 0–1%) в третью категорию со ставкой резервирования до 20%. Это означает признание регулятором факта обесценения залоговой массы — складских комплексов. При этом Герман Греф прямо заявил, что «на рекордную прибыль этого [2026] года это не повлияет», хотя банк уже создал дополнительные резервы в июле-августе.
Как допрезервирование давит на ликвидность через счета ЦБ?
Механизм давления здесь двойной:
Прямое изъятие капитала. Резервы создаются за счет прибыли банка. Чтобы сформировать эти миллиарды рублей провизий, банку необходимо сначала зафиксировать эту прибыль, а затем заморозить ее часть на специальных счетах или просто исключить из распределения. Хотя средства физически остаются внутри банковской группы, они выводятся из оборота. Капитал второго уровня раздувается бумажными обязательствами, но способность выдавать новые кредиты без привлечения внешнего фондирования снижается.
Регуляторный аспект. Банк России внимательно следит за нормативами достаточности капитала (Н1.0). Рост стоимости риска съедает буфер капитала. Если бы Сбербанк не обладал колоссальной рентабельностью (ROE выше 22%), любой крупный дефолт логистического оператора мог бы привести к нарушению нормативов ЦБ. В такой ситуации регулятор потребовал бы приостановки выплаты дивидендов для докапитализации. Однако текущие показатели Сбера позволяют абсорбировать этот шок безболезненно. По итогам 2025 года доля просроченной задолженности составляла всего 2,6%, а расходы на резервы за год достигли 569,4 млрд руб., при этом коэффициент достаточности общего капитала удерживался на уровне 13,5%.
Насколько банкам ощутим перевод заемщика в более рискованную категорию?
Для сектора в целом — это умеренно негативный фактор, для лидеров — досадная потеря маржинальности. Рынок кредитов селлерам огромен, и проблема носит общесистемный характер. Для средних банков с высокой концентрацией кредитного портфеля на одном конкретном заемщике (например, если небольшой банк кредитовал строительство одного конкретного сгоревшего склада) это может стать фатальным. Для гигантов вроде Сбера или ВТБ эффект размывается масштабом бизнеса.
Важно понимать: переход из категории 1-2% в категорию до 20% резерва — это еще не списание долга. Это консервативная оценка вероятности потерь. Но она мгновенно снижает чистое процентную маржу (NIM), так как операционный доход от этих денег остается прежним, а расход на создание подушки безопасности резко возрастает.
Влияние на прибыльность сектора и прогнозируемые сверхвысокие дивиденды
Здесь стоит разделить бухгалтерскую прибыль и реальные деньги (cash flow):
Бухгалтерски: Прибыль банковского сектора снизится ровно на сумму созданных резервов. Если Сбер отложил сотни миллионов под долг Wildberries, эта сумма будет вычтена из итогового отчета МСФО. Чистая прибыль Сбера за 2025 год выросла на 8,4% г/г до 1 694,2 млрд рублей, однако динамика комиссионных доходов уже показывает замедление (-2,6% г/г), что делает сектор чувствительным к любым дополнительным расходам.
Кассово: Учитывая позицию Германа Грефа, влияние на дивидендную базу минимально. Коэффициент выплат (payout ratio) у Сбера исторически привязан к чистой прибыли. Поскольку банк закладывает рост прибыли несмотря на шоки, база для расчета дивидендов останется вблизи исторических максимумов. Аналитики инвестиционных домов сходятся во мнении, что даже при росте стоимости риска до 1,9% в декабре 2026 года, чистая прибыль позволит сохранить высокую доходность.
Мнения аналитиков: Рынок оценивает ситуацию прагматично
Эксперты отмечают, что главная угроза сейчас исходит не от самих атак, а от возможного изменения потребительского поведения.
Дмитрий Александров (ИВА Партнерс): «Перевод части портфеля маркетплейсов в 3-ю категорию качества — это стандартная реакция комплаенса. Банки будут требовать от площадок детальные планы восстановления логистики. Пока государство берет на себя восстановление мощностей (поручение президента о программе поддержки), банки продолжат реструктуризировать долги селлеров. Прямого удара по дивидендам Сбера мы не ждем, их EPS (прибыль на акцию) просядет символически».
Софья Донец (Т-Инвестиции): «Проблема селлеров гораздо опаснее проблемы складов. Мы видим рост заявок на реструктуризацию с 2 до 4 тысяч только у одного Сбера. Если правительство не запустит программу субсидирования ставок быстро, начнет сыпаться розница. Вот тогда банки столкнутся с реальными потерями, которые придется покрывать из прибыли следующего цикла, и вот тогда прогнозы по дивидендам на 2027 год могут быть пересмотрены вниз».
💭 Итог
Допрезервирование — это болезненный, но управляемый технический маневр. Оно действительно ухудшает формальные показатели прибыльности в текущем квартале и создает давление на капитал. Однако благодаря беспрецедентной рентабельности госбанков и ожидаемым мерам государственной поддержки инфраструктуры, оно не способно обрушить дивидендную доходность акций Сбера в предстоящем сезоне. Главный риск смещается с физического уничтожения складов на финансовую устойчивость сотен тысяч мелких продавцов, чей бизнес оказался парализован. Именно их массовые дефолты, а не прямые потери от БПЛА, способны заставить рынок пересмотреть «сверхвысокие» ожидания по банковскому сектору в долгосрочной перспективе.
⚠️ Важно: Данный материал носит исключительно информационный и аналитический характер и не является инвестиционной рекомендацией. Прогнозы аналитиков — это их мнение, а не гарантия будущих событий.
Ставьте 🚀, если пост был полезен! Спасибо!
Как вы считаете, сможет ли банковский сектор абсорбировать волну дефолтов селлеров без серьёзного удара по дивидендной доходности? 👇
#Сбербанк #Wildberries #Ozon #резервы #банки #маркетплейсы #инвестиции #финбазар #аналитика
#золото #золотыезапасы #ЦБ #резервы #инфляция #дефицитбюджета#базар #мироваяэкономика #центробанки #золотовалютныерезервы #рубль #санкции #ФНБ #золотойзапас #индикаторы #2сентября2026
Центральный банк России стал главным продавцом золота в мире: что стоит за рекордной распродажей и куда двинемся дальше?
Банк России во втором квартале 2026 года стал крупнейшим продавцом золота среди мировых центробанков, сократив запасы на 22 тонны. Эта новость, опубликованная Всемирным золотым советом, прозвучала на фоне рекордного спроса на золото со стороны центробанков мира, которые за три месяца скупили 289 тонн драгметалла.
Парадокс ситуации в том, что пока весь мир запасается «тихой гаванью», Россия её активно продаёт. За этим шагом стоит не прихоть или стратегическое решение, а жесткая необходимость: дефицит федерального бюджета.
Продажа золота — техническое отражение бюджетной политики
Аналитики сходятся во мнении: продажа золота Банком России напрямую связана с дефицитом бюджета, который за первое полугодие достиг почти 6 триллионов рублей. С начала года Центральный банк продал уже 43,5 тонны золота, что стало рекордной распродажей за последнюю четверть века.
Экономисты поясняют: Центральный банк России выполняет здесь техническую функцию в рамках бюджетного правила. Когда нефтегазовые доходы оказываются ниже запланированного уровня, недостаток покрывается из Фонда национального благосостояния. А поскольку ликвидная часть Фонда хранится в юанях и золоте на счетах в Центральном банке, то расходование фонда автоматически отражается продажей этих активов на рынке.
Почему именно золото, а не валюта?
Золото стало главным ресурсом для латания бюджетных дыр по нескольким причинам:
Физическая доступность. В отличие от замороженных валютных резервов на Западе в сумме около 300 миллиардов долларов, золото хранится в России и остаётся доступным для регулятора.
Сохранение юаневого резерва. Рубль слабеет, а доступных инструментов для интервенций у Центрального банка почти не осталось. Юань — единственная валюта, которую регулятор может использовать для влияния на курс, и он предпочитает не расходовать последние резервы в юанях.
Рост цены. Золото за последние годы значительно подорожало, и его продажа позволяет выручить до 5,6 миллиарда долларов.
Основная часть золота, по оценке аналитика Freedom Global Владимира Чернова, была продана российским банкам через биржевой и внебиржевой рынок.
Глобальные тенденции: мир копит, Россия продает
На этом фоне остальной мир демонстрирует совершенно иную стратегию:
Рекордный спрос. Чистый спрос центробанков на золото во втором квартале вырос на 62 процента и стал рекордным для этого периода.
Лидеры закупок. Польша приобрела 51 тонну, Китай — 33 тонны (крупнейшее квартальное пополнение с конца 2023 года). Запасы Китая достигли 2346 тонн. Активно скупали золото Узбекистан (16 тонн), Казахстан (15 тонн), Иордания (6 тонн) и Чехия (6 тонн).
Свет, несмотря на высокие цены, продолжает рассматривать золото как стратегический актив для диверсификации резервов и защиты от геополитических и финансовых рисков. 89 процентов управляющих резервами ожидают роста мировых запасов золота, а рекордные 45 процентов планируют увеличить свои собственные запасы в ближайшие 12 месяцев.
Что дальше?
Продажа золота Центральным банком России — вынужденная мера, продиктованная бюджетным дефицитом, а не изменением стратегии управления резервами. Пока дефицит бюджета сохраняется, а доступные валютные резервы заморожены, давление на золотой запас будет оставаться высоким. Однако экономисты отмечают, что Центральный банк выполняет техническую функцию, и масштаб продаж будет зависеть от того, как скоро нефтегазовые доходы восстановятся до уровня, предусмотренного бюджетным правилом.
Как вы считаете, насколько устойчива стратегия продажи золота для покрытия дефицита бюджета в текущих условиях?
⚠️ Важно: Данный материал носит исключительно информационный и аналитический характер и не является инвестиционной рекомендацией. Прогнозы аналитиков — это их мнение, а не гарантия будущих событий.
Ставьте 🚀, если пост был полезен! Спасибо!
#цбрф #золото #резервы #дефицитбюджета #всемирныйзолотойсовет #фонднациональногоблагосостояния #аналитикафинбазар
Хазин смотрит на ситуацию глобально и мрачно. К осени 2026 года, по его прогнозам, в мире может начаться масштабный обвал мировой финансовой системы, связанный с исчерпанием Бреттон-Вудской модели.
Что касается российских резервов, Хазин указывает на парадокс: страна накопила международные резервы в полтриллиона долларов, но эти деньги не работают на экономику. По его мнению, эти средства можно и нужно конвертировать в рубли и вкладывать в реальный сектор. Однако вместо этого доллар искусственно держат низким, а деньги уходят на погашение внешнего долга.
Хазин убеждён, что люди у руля экономического блока действуют не в интересах России, а следуют установкам глобальных структур вроде Международного валютного фонда. Провоцируя недоинвестированность, они тормозят перспективные проекты — и даже оборонную промышленность.
Его рецепт: отказаться от либеральной финансовой политики. Пока мы этого не сделаем, экономический спад будет продолжаться. При правильной политике, считает Хазин, Россия может получить 12–15 процентов роста и удерживать его 20–25 лет.
Михаил Делягин: «Пять целых две десятых триллиона под подушкой»
Делягин, в отличие от Хазина, сосредоточен на внутренних механизмах. Он бьёт тревогу: экономика «трещит по швам», наблюдается недоступность кредитов для реального сектора.
Главный объект его критики — Минфин. По данным Делягина, на счетах федерального бюджета помимо Фонда национального благосостояния аккумулировано около 5,2 триллиона рублей, которые могли бы закрыть дефицит или решить государственные задачи. Вместо этого Минфин отдаёт эти деньги коммерческим банкам «в прокрутку». Пока страна занимает под более высокий процент, свои же деньги лежат мёртвым грузом.
Делягин также указывает на странную ситуацию с международными резервами России: почти половина из 763,9 миллиарда долларов фактически недоступна или заморожена. Он предупреждает: деньги россиян могут «сгореть», если резервы не будут направлены на нужды страны.
Его предложения: ввести механизм «картотеки» (как после дефолта 1998 года), чтобы преодолеть кризис неплатежей в реальном секторе, и пересмотреть банковское регулирование.
Сергей Глазьев: «Центральный банк довёл экономику до инфаркта»
Глазьев — самый радикальный критик денежно-кредитной политики. Он заявляет: своей политикой Центральный банк довёл экономику России до инфаркта, а регулятор лишил экономику более 5 триллионов рублей, просто изъяв их из оборота.
По его мнению, Россия находится в ловушке «вашингтонского консенсуса» с 1992 года. Единственным исключением стала работа правительства Примакова — Геращенко, когда промышленность росла на 2 процента в месяц.
Глазьев призывает к гибкой денежной политике и выгодным кредитам, которые позволят экономике расти темпами не хуже китайской — до 8 процентов. Его стратегия опережающего развития, по его оценке, может дать годовой прирост производства на 8 процентов при росте инвестиций на 16 процентов.
Александр Бабаков: «Промышленность — ключ к суверенитету»
Зампред Государственной думы Бабаков смещает акцент с денежной политики на реальное производство. Развитие станкостроения и машиностроения он называет необходимым условием для обеспечения суверенитета России.
Бабаков критикует жёсткую денежно-кредитную политику Центрального банка: официальная статистика о низкой безработице не отражает реальной картины, миллионы самозанятых получают доходы ниже прожиточного минимума. Он также выступает против привязки ключевой ставки к ценам на топливо, считая это неэффективным.
Его подход: развивать собственные производственные возможности — мы в состоянии производить не хуже других стран.
Что с атаками беспилотников и как они влияют на экономику?
Атаки на инфраструктуру стали новым вызовом. Эльвира Набиуллина назвала удары по логистическим центрам «шоком предложения» — их влияние на инфляцию будет зависеть от того, перейдут ли они в устойчивые компоненты. Пока, по её оценке, устойчивые показатели инфляции остаются в диапазоне 4–5 процентов.
Потери крупных компаний уже исчисляются миллиардами. Wildberries лишилась 8 процентов логистических мощностей. По данным Минфина, доходы России от нефтегазового экспорта с января по апрель 2026 года просели более чем на 38 процентов. Атаки на нефтеперерабатывающие заводы стали одной из причин топливного кризиса.
Резюме: что в сухом остатке?
Резервы у России есть, и немалые — как финансовые (международные резервы, средства на счетах бюджета, Фонд национального благосостояния), так и производственные (промышленный потенциал, ресурсная база). Но все четыре экономиста сходятся в главном: проблема не в отсутствии ресурсов, а в нежелании или неспособности их использовать.
Хазин говорит о смене модели и отказе от либеральной политики. Делягин — о возврате к ручному управлению и механизмам, спасшим страну в 1998 году. Глазьев — о переходе к гибкой денежной политике и целевому кредитованию экономики. Бабаков — о развитии собственного промышленного производства.
Пока эти резервы лежат мёртвым грузом или уходят в «прокрутку», экономика продолжает задыхаться от дорогих денег, а инфраструктура — страдать от ударов. Вопрос не в том, есть ли у страны ресурсы. Вопрос в том, когда и для кого они начнут работать.
Как вы считаете: стоит ли властям активнее задействовать накопленные резервы для поддержки экономики, или текущая политика «затягивания поясов» оправданна в условиях неопределённости?
Делитесь в комментариях! 👇
⚠️ Важно: Данный материал носит исключительно информационный и аналитический характер. Мнения экспертов — это их личная оценка, а не истина в последней инстанции.
Ставьте 🚀, если пост был полезен! Спасибо!
#ЭкономикаРоссии #Резервы #Хазин #Делягин #Глазьев #Бабаков #АтакиБеспилотников #КлючеваяСтавка #ФондНациональногоБлагосостояния #АналитикаФинбазар