#гонзотрейдер — посты и обсуждения
165 доступных постов
В пятницу вечером Гонзо открыл Пульс и наткнулся на девушку двадцати трёх лет.
Она спрашивала, что нужно сделать, чтобы к тридцати наконец выстрелить.
Не из ружья.
В жизни.
Семь лет занимается фотографией. Колледж с красным дипломом. Работает, старается, мечтает о своём деле.
А в Пульсе у людей портфели по десять миллионов.
И девушка смотрит на них, как ребёнок через стекло кондитерской.
Гонзо дочитал до места, где она рассказывала, как в детстве продавала горох с бабушкой.
Потом была Снегурочкой на Новый год. Работала в ремонтной бригаде. Зарабатывала с пятнадцати лет.
Гонзо отложил телефон.
Горох.
Бабушка.
Снегурочка.
А теперь чужие миллионы.
Какой же длинный путь от бабушкиного ведра до мысли, что ты недостаточно хорош.
В комментариях быстро нашёлся специалист по человеческим судьбам.
— Может, тебе мужа-миллионера найти?
Вот и всё.
Семь лет фотографии, рембригада, диплом, мечта о бизнесе — а надо было просто выйти замуж за правильный депозит.
Гонзо представил собеседование.
— Опыт работы?
— Горох продавала.
— Навыки?
— Фотография, ремонт, работа с людьми.
— Хорошо. А жених с капитализацией есть?
— Нет.
— Тогда мы вам перезвоним.
В стране, где взрослый мужик способен десять лет ждать роста $GAZP, двадцатитрёхлетней девушке предлагают не рассчитывать на себя.
Замечательная скорость потери веры в человека.
Гонзо вышел на кухню.
На подоконнике остывал кофе. За стеклом ноябрь растирал мокрые фонари по асфальту.
Он вспомнил, как в её возрасте тоже хотелось всего сразу.
Не просто денег.
Доказательства.
Что живёшь не зря. Что чего-то стоишь. Что остальные не уехали на последней электричке, пока ты возился со своей жизнью.
А потом приходишь в Пульс.
Один показывает десять миллионов.
Другой рассказывает, как взял $IMOEXF.
Третий учит, что $PLZL надо было покупать вчера.
И никто не выкладывает фотографии тех лет, когда сам считал мелочь на проезд.
У каждого в профиле витрина.
У кого-то шикарная.
У кого-то так подсвечена, что за стеклом долгов не видно.
Но всё равно витрина.
Тем временем знакомый трейдер Shorchu_do_MK утром уже собирался на выходные.
Потом увидел движение $PLZL.
Вернулся.
Потратил полдня и написал, что финансовый результат не изменился.
Ему напомнили:
— Ты же сам сказал, что пора отдыхать!
Вот ещё один трудяга.
Полдня у терминала.
Ноль прибавки.
Но хотя бы никто не предложил ему удачно жениться.
А в другой ветке обсуждали $IMOEXF, $SP500F и $GLDRUBF.
Кто-то жаловался, что разматывает по всем активам сразу.
И кто-то предложил какао.
Пожалуй, лучшее инвестиционное предложение пятницы.
Без плеча.
Без стопа.
С молоком.
Гонзо вернулся к сообщению девушки.
Ей двадцать три.
У неё семь лет фотографии и целая маленькая биография труда.
У кого-то в двадцать три — десять миллионов.
У кого-то ноль.
У кого-то минус. Просто он ещё не рассказал.
И это не турнир, где всем выдали одинаковых родителей, здоровье, стартовый капитал, удачу и способность вовремя нажать кнопку.
Гонзо хотел ей написать:
— Девчонка, у тебя уже есть то, чего в терминале не купишь.
Но остановился.
Такими словами легко утешать, когда не знаешь, сколько человек платит за квартиру, сколько у него заказов и где взять деньги на следующий месяц.
И всё-таки.
Она спросила не «как найти богатого мужа».
Она спросила, как самой построить жизнь.
Это совсем другой разговор.
Гонзо закрыл Пульс.
Представил бабушку, которая отсыпает горох в пакет, поправляет платок и говорит внучке:
— Держи крепче, рассыплешь.
Девочка держит.
Потом годы идут.
В руках уже фотоаппарат.
А ей кажется, будто она что-то рассыпала по дороге.
Гонзо посмотрел в тёмное окно.
Хотелось, чтобы у неё получилось.
Не обязательно десять миллионов к тридцати.
Просто своё дело. Работа, за которую платят. Люди, которым нужны её фотографии.
И жизнь, которую не приходится каждый вечер сравнивать с чужим брокерским счётом.
В телефоне кто-то снова обещал ракету.
Гонзо усмехнулся.
У некоторых ракета начинается с кнопки «Купить».
А у некоторых — с ведра гороха, которое они однажды сумели донести и не рассыпать.
#гонзотрейдер
Гонзо давно подозревал, что в каждой российской квартире есть место, куда складывают вещи, которые жалко выбросить.
Старый телефон.
Пульт от телевизора, которого уже нет.
Зарядку неизвестно от чего.
Коробку с проводами, предназначение которых человечество давно забыло.
А у лудомана есть ещё брокерский счёт.
Там тоже лежит всякое.
Сегодня в Пульсе обсуждали $EUTR.
Одна женщина рассказала, что зашла в апреле.
Потом докупала.
Потом ещё.
А теперь пустила всё на самотёк.
— Гнев, депрессия, принятие, — написала она.
Гонзо задумался.
Это же практически семейная жизнь.
Сначала:
— Какой красивый! Беру!
Потом:
— Ну ничего, исправится.
Потом:
— Я столько в него вложила!
И наконец:
— Да живи уже как хочешь.
Только от мужа можно развестись.
А от акции иногда даже уйти непросто.
В комментариях нашёлся добрый человек. Рассказал, как сам когда-то застрял в делистнутой бумаге, но позже смог продать её вне биржи.
А другой предложил:
— Можно штуку на память взять.
Гонзо едва не подавился кофе.
На память?!
Это уже не фондовый рынок.
Это музей разбитых сердец.
В «Свече и Маржинколле» Борис Маржинколлович немедленно открыл экспозицию.
Над стойкой повесил табличку:
МУЗЕЙ НЕСБЫВШИХСЯ НАДЕЖД. ВХОД БЕСПЛАТНЫЙ. ВЫХОД ПО РЫНОЧНОЙ ЦЕНЕ.
Первым экспонатом стала акция, которую купили на вершине и не продали на дне.
— Возраст? — спросил Гонзо.
— Долгосрочная.
— Сколько лет?
— С тех пор как перестала расти.
Рядом поставили банку с засушенными стопами.
В углу лежала маржиналка.
Её трогать запрещалось.
Один посетитель уже тронул.
Теперь работает курьером.
На телевизоре появилась свежая идея по $SIBN.
Потенциал роста. Красивые проценты. Три недели.
Пульс оживился.
— Хорошая попытка!
— Сейчас стопы соберут!
— Кто первый сольёт, тот и заработает!
Один серьёзный человек заговорил о бизнесе.
Ему объяснили:
— Ты рассуждаешь как инвестор. А тут инструкция для лудоманов: зайти и выйти.
Борис Маржинколлович прослезился.
— Наконец-то честная документация к Московской бирже.
И повесил распечатку рядом с пожарным выходом.
Позже пришёл знакомый трейдер.
Сел.
Заказал чай.
— Чего не торгуешь? — спросил Гонзо.
— Торгую. Иногда.
— Как успехи?
— Вчера ноль сделок.
— А сегодня?
— Сценарий был. Открываемся ростом — смотрю шорт.
— И?
— Открылись.
— И?
— Не вошёл.
— Почему?
— Показалось, что движение фейковое.
— А потом?
— Сделал пару других сделок. Итог ноль.
Гонзо посмотрел на него с уважением.
Перед ним сидел человек, способный заранее написать правильную инструкцию к собственной жизни, а потом в самый ответственный момент потерять её между клавиатурой и мышкой.
— Может, тебе просто отдохнуть?
— Без новостей объёмов нет.
— А с новостями?
— С ними вообще невозможно торговать.
Борис Маржинколлович поставил перед ним блюдце.
— Это куда?
— Для твоих противоречий. На стойку уже не помещаются.
Поздно вечером Гонзо вышел из бара.
Ноябрь шуршал мокрыми листьями. В окнах домов горел тёплый свет.
Он вспомнил женщину с $EUTR.
Человека, который предложил купить проблемную бумагу на память.
Трейдера, который заранее знал, что делать, но не сделал.
И вдруг подумал, сколько же всего мы таскаем за собой.
Незакрытые позиции.
Старые обиды.
Упущенные прибыли.
Прогнозы, за которые уже стыдно.
Каждую ошибку можно было бы отпустить.
Но нет.
Мы бережно складываем их на полочки.
Пыль протираем.
Иногда показываем гостям.
— Вот это я купил в 2021-м.
— А это?
— Это я мог продать.
— А здесь что?
— Не трогай. Это моя главная сделка. Она ещё впереди.
Гонзо остановился у подъезда.
Достал телефон.
Открыл портфель.
Посмотрел на старую убыточную позицию.
Давно пора было разобраться с ней.
Он вздохнул.
— Ну что, родная?
Свеча даже не шевельнулась.
— Может, хоть ты когда-нибудь станешь антиквариатом?
И убрал телефон.
Выбрасывать было жалко.
#гонзотрейдер
Утром Гонзо встретил в Пульсе счастливого человека.
Человек угадал рост $POSI.
Всё правильно рассчитал. Направление определил. Бумага пошла именно туда, куда он ожидал.
Правда, сам купить не успел.
Но был доволен.
— Главное, прогноз отработал!
Гонзо одобрительно кивнул.
Хорошее начало понедельника.
Особенно если не обращать внимания на отсутствие денег.
К вечеру тот же человек написал совсем другое.
— Наловился стопов полные штаны.
Минус 2,3% за день.
Утром он был прав без позиции.
Вечером был в позиции, но неправ.
Гонзо долго смотрел на эти два сообщения.
Господи.
Да это же вся Московская биржа в двух актах.
В «Свече и Маржинколле» Борис Маржинколлович устроил торжественное вручение премий.
— За лучший прогноз дня награждается гражданин, который правильно предсказал рост, но ничего не купил!
Аплодисменты.
— Приз — грамота!
— А деньги?
— Деньги получил тот, кто купил.
— А я?
— А ты молодец.
Из-за стойки раздался голос:
— А за неправильный прогноз премия будет?
— Конечно. Маржин-колл имени выдающихся заслуг перед брокером.
Бар зааплодировал ещё громче.
На телевизоре обсуждали $IMOEXF и $MXZ6.
Одни ждали отскока.
Другие дальнейшего падения.
Третьи считали, что шортить сейчас опаснее, чем покупать.
Гонзо смотрел на них и вспоминал, сколько раз сам прекрасно понимал рынок.
Особенно когда не торговал.
Сидишь вечером.
График красивый.
Вот здесь надо было купить.
Вот здесь продать.
Тут перевернуться.
А здесь забрать прибыль и уйти гулять.
Идеальная система.
Ни одной ошибки.
Беда начиналась утром, когда к этой системе подключались реальные деньги.
Тут выяснялось, что свечи не читали твой план.
У соседнего столика обсуждали $MGKL.
Там вообще шёл археологический сезон.
Люди искали дно.
Один сообщил, что купил десять лотов.
Потом поправился:
— Ошибся. Не четвёртое, а пятое.
Гонзо даже присел.
Пятое дно.
Это уже не технический анализ.
Это геологоразведка.
Ещё немного, и лудоманы доберутся до земного ядра, найдут там поддержку и усреднятся прямо в магме.
— А ты на каком продал? — спросил Борис Маржинколлович другого посетителя.
— На втором.
— Почему?
— Дальше копать не захотел.
— Разумно.
— А теперь думаю, может, зря.
Вот она, биржевая болезнь.
Даже когда выбрался из ямы, обязательно хочется вернуться и проверить, не осталось ли там денег.
К вечеру в бар заглянул наш знакомый Shorchu_do_MK.
После тяжёлого октября он снова торговал.
На этот раз $AQUA.
Красная рыба.
По его словам, взял небольшую позицию, потом продал с прибылью около пяти-шести процентов.
— Вот! — обрадовался Гонзо. — Наконец нормальная история.
Из-за стола спросили:
— А как продал? Там же обороты небольшие.
Другой посетитель задумчиво произнёс:
— Перед Новым годом красную рыбу покупать будут.
Борис Маржинколлович вздохнул.
— Мужики, вы хотя бы селёдку можете съесть, не составляя инвестиционный прогноз?
Никто не ответил.
Селёдку немедленно записали в перспективные активы.
А Гонзо всё думал про того утреннего пророка.
Какая странная штука — правота.
Когда прогноз сбывается без тебя, она гладит по голове.
— Молодец. Всё понял.
Когда ты ошибаешься с деньгами, она отворачивается.
И ты остаёшься наедине со стопами, комиссиями и совершенно неприличным количеством мыслей о собственной глупости.
Наверное, поэтому в Пульсе так много людей, которые прекрасно знают, что будет завтра.
Особенно когда завтра уже наступило.
Гонзо вышел на улицу.
Ноябрь пах мокрым асфальтом. В окнах домов загорались жёлтые квадратики. Люди ужинали, смотрели телевизор, ругались из-за немытой посуды.
Им было совершенно плевать, правильно ли кто-то предсказал $POSI.
И вдруг Гонзо подумал, что на бирже существуют две совершенно разные профессии.
Одна — угадывать рынок.
Другая — зарабатывать на нём.
Первой можно заниматься бесплатно.
Вторая почему-то регулярно требует денег.
Он достал телефон.
Посмотрел на график.
И увидел прекрасную точку входа.
Идеальную.
Прямо сейчас.
Почти без риска.
Палец потянулся к кнопке.
Гонзо остановился.
— Нет, — сказал он. — Сегодня я просто побуду правым.
Убрал телефон.
Прошёл метров десять.
И вдруг подумал:
— А если вырастет без меня?
Из кармана донёсся тихий смешок.
Это терминал.
Сука, даже выключенный издевается.
#гонзотрейдер
В пятницу тринадцатого Гонзо обнаружил, что у лудомана есть два вида страха.
Первый — когда бумага падает, а ты в ней.
Второй — когда бумага растёт, а тебя в ней нет.
Второй, между прочим, иногда больнее.
Потому что первый хотя бы можно предъявить жене:
— Люся, рынок обвалился.
А второй объяснить труднее:
— Люся, я сегодня не заработал деньги, которые даже не собирался зарабатывать.
— Сколько?
— Много.
— А потерял?
— Нет.
— Тогда иди картошку чисти.
Сегодня один человек в Пульсе смотрел на $PRMD.
Промомед улетел без него.
А он ведь присматривался. Ждал подходящую цену. Прикидывал вход.
И вот поезд ушёл.
Без объявления посадки.
Без проводницы.
Даже чай в подстаканнике не предложили.
Гонзо представил, как мужик стоит на платформе с чемоданом технического анализа.
— Подождите! У меня же лимитка!
А поезд уже за поворотом.
И из последнего вагона кто-то орёт:
— Надо было по рынку брать!
Ненавижу таких пассажиров.
Особенно когда они правы.
В «Свече и Маржинколле» Борис Маржинколлович наливал пиво.
— Ну что, мужики? Пятница тринадцатого. Кто сегодня сглазил депозит?
Из угла отозвались:
— Я вообще два раза «Ку!» сказал.
— Помогло?
— Не знаю. Пока терминал закрыт.
У стойки сидел держатель золота.
— Я вот думаю, может, $PRMD ещё вернётся?
— Вернётся, — уверенно сказал Борис Маржинколлович.
— Откуда знаешь?
— Все возвращаются. Только не обязательно туда, где ты ждёшь.
В баре притихли.
Сильная мысль.
Даже для пьяного бармена.
На телевизоре обсуждали $SVCB.
Один человек попросил умных людей посчитать дивиденды.
— Вопрос умным людям!
Ему ответили:
— Ты инвестировать, что ли, собрался?
Вот за что я люблю Пульс.
Человек всего лишь спросил, сколько ему могут заплатить.
А ему уже ставят диагноз.
У $IMOEXF тем временем шортист ласково обращался к лонгустам:
— Может, пора сдаться?
И добавил:
— Мне.
Гонзо усмехнулся.
Какая деликатность.
Раньше на бирже грабили молча.
Теперь сначала вежливо просят капитулировать.
А наш пропустивший Промомед человек в другом разговоре рассуждал о логистике.
$NMTP. $FESH. $FLOT.
И вдруг сказал вещь, от которой Гонзо перестал улыбаться.
Он боялся остаться без свободных денег.
Не упустить ракету.
Не промахнуться с направлением.
А именно остаться без денег, когда появится цена, по которой действительно захочется купить.
Потому что помнил прежние кризисы.
Помнил, как выглядит рынок, когда всё дешево, а покупать уже нечем.
И вот тут Гонзо задумался.
Сколько раз он сам бросался за зелёной свечой, словно за последним автобусом в родную деревню.
Вскакивал.
Бежал.
Запрыгивал на подножку.
А потом выяснялось, что автобус едет не туда.
И билет обратно стоит половину депозита.
Борис Маржинколлович протёр стакан.
— Знаешь, Гонзо, чем молодые лудоманы отличаются от старых?
— Чем?
— Молодой боится, что деньги пройдут мимо него.
— А старый?
— Что деньги уйдут от него раньше, чем он поймёт, куда их пристроить.
— И кто прав?
— Оба. Поэтому оба и сидят здесь.
За окном моросил ноябрь.
Фонарь освещал мокрый асфальт. Последние листья прилипли к лужам, как убыточные позиции к портфелю.
Гонзо достал телефон.
На экране мигали котировки.
Где-то кто-то зарабатывал.
Где-то кто-то уже опоздал.
А у него на счёте оставались свободные деньги.
Ничьи.
Без позиции.
Без надежды, которая немедленно превратится в обязательство.
Без стопа.
Просто деньги.
Он вдруг почувствовал к ним странную нежность.
Как к детям, которые ещё не выросли и не начали занимать у отца.
— Поживите пока, — тихо сказал Гонзо.
И убрал телефон.
Через минуту снова достал.
Посмотрел на $PRMD.
— Хотя маленьким объёмом…
Из темноты донёсся голос Бориса Маржинколловича:
— Гонзо! ДЕТЕЙ НЕ ТРОГАЙ!
#гонзотрейдер
Гонзо всегда считал, что диван — недооценённый финансовый инструмент.
Не требует комиссии.
Не снимает гарантийное обеспечение.
Не устраивает маржин-колл.
И главное — если правильно лечь, можно два дня вообще ничего не потерять.
В Пульсе нашёлся человек, который именно так и поступил.
Два дня лежал на диване. Ждал переговоров.
Рынок тем временем жил своей мерзкой жизнью.
Свечи шевелились.
Новости сыпались.
Лонгусты обещали ракеты.
Шортисты готовили похоронные венки.
А человек лежал.
И, возможно, впервые за долгое время делал всё правильно.
В «Свече и Маржинколле» Борис Маржинколлович поставил перед Гонзо стакан.
— Представляешь, два дня не торговал.
— Заболел?
— Нет. Ждал.
— Чего?
— Переговоров.
— И дождался?
— Да.
— И что?
— Начал торговать.
— Зря ждал, получается.
Гонзо задумался.
Действительно.
Самое опасное в ожидании хорошего момента — его наступление.
Пока ждёшь, ты разумный человек.
Дисциплинированный.
Почти Баффет.
А потом на графике появляется зелёная свеча, и внутренний Баффет хватает тебя за воротник:
— ВСТАВАЙ, СУКА! ПОЕХАЛИ!
Наш герой посмотрел на $VKCO.
Пробой дали.
А движения нет.
Посмотрел на $GMKN.
Вроде сильный.
Взял $RUAL.
Тот оказался тяжелее, чем ожидалось.
Газовые новости манили $GAZP и $NVTK, но пока человек думал, поезд ушёл.
Не поезд даже.
Целая товарная станция с вагонами денег.
К вечеру он написал в Пульс, что идея была хорошая, а вот выбор бумаг подвёл.
И тут началось настоящее представление.
Читатели посмотрели на его торговый результат.
Один восхитился.
Другой спросил:
— А зачем остановился? Рынок же ещё рос!
Третий написал:
— Нет. Ну я точно что-то делаю не так.
Гонзо улыбнулся.
Вот она, великая русская биржевая комедия.
Человек сидит и ругает себя за плохую торговлю.
А вокруг стоят люди, которые мечтают торговать так же плохо.
У соседнего столика обсуждали $IMOEXF.
— Пора понюхать, потрогать, пощупать 2550!
— Давай сначала 2520.
Гонзо прислушался.
Это уже не технический анализ.
Это первое свидание.
Один хочет сразу целоваться.
Второй предлагает хотя бы познакомиться.
А индекс стоит между ними и думает, кому сегодня испортить вечер.
Из угла раздалось:
— А это хорошо или плохо?
Говорили про $SMLT.
Какие-то новости об облигациях.
Одни радовались.
Другие подозревали манипуляции.
Третий честно признался, что ничего не понимает.
Вот этот человек понравился Гонзо больше всех.
На бирже признаться в непонимании — почти подвиг.
Здесь принято знать всё.
Особенно задним числом.
Ближе к ночи Борис Маржинколлович выключил телевизор.
— Ну что, Гонзо, хороший сегодня рынок?
— Не знаю.
— Как это?
— У одного хороший. У другого плохой. Третий вообще лимитки расставил и ждёт.
— А ты?
Гонзо посмотрел в окно.
Ноябрь.
Мокрый асфальт. Редкие машины. Фонарь освещает пустую остановку, где кто-то давно ждёт автобус и уже начинает сомневаться в существовании общественного транспорта.
— А я всё думаю про того мужика с диваном.
— И чего?
— Он ведь два дня лежал. Ничего не делал. Не ошибался. Потом встал, заработал, разозлился на себя. А другие позавидовали.
Бармен усмехнулся.
— Так может, ему обратно лечь?
Гонзо рассмеялся.
Потом замолчал.
Потому что вспомнил собственные сделки.
Сколько раз он ругал себя за прибыль, которая могла быть больше.
Сколько раз завидовал чужой торговле, не зная, сколько человек потерял до этого.
И как редко говорил себе простое:
— На сегодня хватит.
Борис Маржинколлович убрал стакан.
— Ладно. Домой иди.
— А завтра?
— Завтра опять рынок.
— И что делать?
Старик посмотрел на него.
— Купи диван получше.
— Зачем?
— Судя по всему, это единственный инструмент, на котором ты ещё не пытался отыграться.
#гонзотрейдер
У Гонзо было правило.
Не покупать то, что падает.
Потом появилось другое.
Не покупать то, что слишком выросло.
Потом третье.
Не покупать без подтверждения.
И четвёртое.
Не упускать хорошие возможности.
С последним возникли проблемы.
Потому что хорошие возможности обычно появлялись именно там, где первые три категорически запрещали появляться.
Сегодня в Пульсе Гонзо встретил человека, который написал:
— Сегодня изменил своему правилу.
Гонзо насторожился.
На бирже измена правилу — дело серьёзное.
Это как жене изменить, только жена хотя бы может не узнать.
А терминал всё помнит.
Человек обычно распределял пополнения между отстающими классами активов.
Система.
Дисциплина.
Всё как у взрослых.
Но сегодня увидел $YDEX.
Цена понравилась.
Очень.
Из тридцати тысяч пополнения 27 204 рубля отправились в восемь акций Яндекса.
— А правило? — спросил Гонзо.
— Исключение.
— Почему?
— Хорошая цена.
— А если упадёт?
— Горизонт десять лет.
— А если ещё?
— Лимит доли соблюдён.
Гонзо замолчал.
Это был не лудоман.
Это был юрист собственного депозита.
У него на каждое нарушение имелась статья, поправка и заключение Конституционного суда.
В «Свече и Маржинколле» Борис Маржинколлович выслушал историю.
— Значит, нарушил правило?
— Одно.
— А остальные?
— Соблюдены.
— Тогда невиновен.
— Почему?
— За отсутствием состава преступления.
Из угла поднялся Усреднятор.
— Борис Маржинколлович! А мне можно?
— Тебе чего?
— Нарушить правило.
— Какое?
— Не усреднять.
— Основание?
— Уже упало.
— Дополнительные обстоятельства?
— Может, ещё упадёт.
— Смягчающие?
— Деньги есть.
Бармен вздохнул.
— Всем вам, сука, адвокаты нужны. Причём до открытия терминала.
На соседнем экране обсуждали $TRNFP.
Один инвестор рассказывал, как с годами стал осторожнее.
ОФЗ с плавающим купоном.
Защитная часть портфеля.
Спокойный сон.
Другой возражал: защиты маловато.
Третий интересовался, почему почти нет акций роста.
Гонзо представил человека, который наконец построил надёжный дом.
Толстые стены.
Крепкие двери.
Хорошая крыша.
И тут приходят соседи.
— Забор низковат.
— А окна чего маленькие?
— А бассейн почему не сделал?
— И вообще, где ракета?
Вот так и с портфелем.
Даже если ты построил себе спокойствие, в Пульсе обязательно найдётся человек, который предложит добавить к нему немного волатильности.
Для красоты.
А где-то рядом стратегия другого участника вышла из $YDEX.
Гонзо посмотрел на экран.
Один покупает Яндекс на десять лет.
Другой продаёт по сигналу своей системы.
Оба дисциплинированные.
Оба действуют по правилам.
Один считает цену подарком.
Другой считает, что пора уходить.
И рынок почему-то не собирается объяснять, кто из них прав.
Гонзо хлебнул остывший американо.
Ноябрь уже прилип к окнам мокрой темнотой.
Внизу прохожий нёс пакет с продуктами. Шёл осторожно, обходя лужи.
Наверняка у него тоже были правила.
Не пить по будням.
Не покупать лишнего.
Не ругаться с женой.
А потом наступает пятница.
И жизнь вносит поправки.
Гонзо закрыл Пульс.
В голове всплыло старое правило, которое он когда-то сам себе придумал.
Не торговать на эмоциях.
Хорошее правило.
Правильное.
Почти святое.
Он соблюдал его много раз.
Особенно когда денег на счёте уже не хватало для новой сделки.
Но стоило появиться интересному графику, внутри просыпался маленький адвокат.
— Ваша честь, обстоятельства изменились.
— Какие?
— Уровень пробили.
— И?
— Объём появился.
— И?
— Возможность редкая.
— А риск?
— Под контролем.
И где-то в глубине души уже тихонько щёлкала кнопка «Купить».
Гонзо посмотрел на неё.
Потом на собственные руки.
И вдруг подумал, что самая опасная вещь на бирже — вовсе не отсутствие правил.
Хуже, когда правила есть.
И ты настолько хорошо их знаешь, что всегда можешь объяснить, почему сегодня они не действуют.
Он выключил монитор.
На этот раз без исключений.
Хотя завтра, конечно, обстоятельства могут измениться.
#гонзотрейдер