(18.06.2026) В Особой экономической зоне (ОЭЗ) Петербурга китайским компаниям обещают отдельный кластер. Звучит как начало большой дружбы: вот-вот появится место, где китайский бизнес будет чувствовать себя как дома — с особыми условиями, преференциями и возможностью дышать полной грудью. Но есть одна загвоздка: китайские предприниматели, глядя на эту красивую картинку, называют главными проблемами нестабильность законодательства и отсутствие «безопасного пространства» для работы.
Особые условия — это когда тебя хотя бы завтра не тронут. И в этом комизме вся суть текущего момента.
831 компания: взлёт, который заметили все
В Петербурге сегодня зарегистрирована 831 компания с китайскими корнями. За последние годы их число выросло вдвое, 40 процентов внешнеторгового оборота города приходится на Китай. Только за последние несколько лет в городе появились сотни новых игроков — в полтора раза больше, чем за всю предшествующую историю наблюдений.
Цифры впечатляют, и чиновники хотят закрепить успех. Губернатор Александр Беглов говорит о «глубоком доверии и взаимном уважении». Кипучая деятельность, десятки встреч, визит генерального консула КНР в ОЭЗ — всё идёт по плану.
Только вот реальность расходится с речами. Председатель Российско-Китайской Гильдии коммерции Павел Кипарисов на ПМЭФ проговорился: «Инвестиционный климат находится на самом высшем уровне. Но требуется доработка законодательства».
«Требуется доработка» — дипломатичное выражение для того, что правила игры меняются быстрее, чем китайские предприниматели успевают их выучить.
Торговля vs высокие технологии
За красивыми цифрами скрывается деталь. Подавляющее большинство китайских компаний работают в оптовой и розничной торговле. Ещё несколько сотен кормят петербуржцев в ресторанах. Высокотехнологичными услугами занимается лишь каждая пятидесятая.
Китайский бизнес в Петербурге — это прежде всего история про торговлю и общепит, а не про инновации. И это при том, что именно технологическое развитие должно быть визитной карточкой ОЭЗ. Ирония в том, что для торговли и ресторанов «особые зоны» не особенно-то и нужны. Им нужна стабильность и понятные правила. А с этим как раз проблемы.
МТОР: новые горизонты или старые обещания?
С начала года на Дальнем Востоке заработали Международные территории опережающего развития (МТОР). Инвесторам обещают 10 лет нулевого налога на прибыль, сниженные страховые взносы и стабильность условий на 15 лет. Пилотный проект — российско-китайский агропромпарк в Приморье.
Звучит как рай. Проблема в том, что рай этот обещают не впервые. Особые экономические зоны существуют давно, но их эффективность не всегда соответствует ожиданиям. Сама необходимость создавать зоны, где инвесторов «максимально освободят от административного давления», — лучший комментарий к состоянию дел. В здоровой экономике такого давления не существует. Если его нужно отменять — значит, оно есть.
Экономика контрастов
Пока рисуют радужные перспективы, китайские компании сталкиваются с реальностью. Оператора маркетплейса Poizon оштрафовали за нарушение закона о локализации данных. Проект «Цзиньин» пытался купить долю в стратегическом месторождении — сделка оказалась ничтожной без одобрения правительственной комиссии.
Чекунков, анонсируя МТОР, говорит о стабильности налогов на 15 лет. Но стабильность — это не только налоги. Это предсказуемость судебных решений и защита от внезапных проверок. То, чего в России пока в дефиците.
Китайский бизнес в Петербурге и на Дальнем Востоке существует и растёт. Но он существует вопреки, а не благодаря особым условиям. Китайцы приходят туда, где есть спрос, а не потому, что им обещали райский кластер.
ОЭЗ и МТОР — прекрасные инструменты. Но они работают только тогда, когда есть доверие. Китайские предприниматели умеют считать риски. Их расчёты показывают: рай — это когда тебя не тронут не только сегодня, но и завтра, и через год. А этого у нас пока нет.
Пока мы обещаем «особые условия», а предлагаем «особую неопределённость», наши экономические зоны так и останутся красивой вывеской. Мы создаём рай для китайского бизнеса, но забываем построить к нему дорогу.
