США выбивают союзников Китая и России
**США выбивают союзников Китая и России: Венесуэла пала, Куба в кризисе, Иран под ударом. Трамп добавляет TRIPP против Север-Юга**
В 2026 году администрация Трампа перешла к системным действиям. За несколько месяцев США нанесли удары по ключевым партнёрам Китая и России: Венесуэла, Куба, Иран. Это зачистка тылов Пекина и Москвы. Пока эти страны в их орбите, Вашингтон не контролирует энергоресурсы и глобальные коридоры.
Иран — главный хаб. От него зависит дешёвая нефть для Китая и коридор Север-Юг для России. За Тегеран Москва и Пекин будут бороться жёстче всего. Китай уже просит перемирия через Пакистан. А Трамп запустил TRIPP через Армению — прямой конкурент Север-Юга.
Венесуэла: быстрый захват
3 января 2026 американский спецназ захватил Николаса Мадуро. Его доставили в США. Временным президентом стала Дельси Родригес. США начали снимать санкции при условии: выгнать Китай, Россию, Иран, Кубу и отдать нефть под американский контроль.
Китай потерял поставщика дешёвой нефти. Россия — репутацию. Венесуэла вышла из игры за недели.
Куба: нефтяная удавка
После Венесуэлы США перекрыли Кубе поставки нефти. 29 января Трамп ввёл чрезвычайное положение и тарифы против поставщиков нефти на остров. Мексика свернула поставки. Цель — коллапс режима Диаса-Канеля. Куба остаётся плацдармом России и Китая в Карибах.
Почему Иран важнее
Венесуэла и Куба — ближний двор США. Иран — стратегический узел:
- Китай покупал более 80% иранской нефти (1,38 млн баррелей в сутки) — 13–17% своего морского импорта.
- Коридор Север-Юг (INSTC): короткий маршрут Россия — Иран — Индия. Россия вложила миллиарды в порт и дорогу Решт–Астара. Иран — центральное звено. Китай интегрирует его в Один пояс — один путь.
- Инвестиции: Россия — крупнейший инвестор (уже около 2,76 млрд долларов, планы до 8 млрд в газ). Китай имеет рамочное соглашение на 400 млрд.
США ударили и по Ирану (с Израилем в марте 2026). Риски для мировой экономики высоки.
Китай просит перемирия через Пакистан
К апрелю ситуация стала критической. 31 марта Пакистан и Китай выдвинули пятипунктовый план мира: прекращение огня, открытие Ормузского пролива, переговоры, гуманитарная помощь, защита суверенитета Ирана.
Пакистанский премьер Шариф и министр Дар координировали в Пекине. 7–8 апреля удалось достичь двухнедельного перемирия. Трамп отметил роль Пакистана. Через Исламабад Пекин сигнализирует: заморозим конфликт. Война вокруг Ормуза бьёт по китайской нефти и BRI. Китай не хочет воевать напрямую, но терять Иран не готов.
TRIPP Трампа — удар по Север-Югу
Пока идёт борьба за Иран, США создают альтернативу на Кавказе. В январе 2026 США и Армения опубликовали рамки TRIPP (Trump Route for International Peace and Prosperity). Коридор пройдёт через юг Армении (Сюник, около 43 км) и соединит Азербайджан с Нахичеванью и Турцией. Это часть Middle Corridor (Центральная Азия — Каспий — Кавказ — Европа).
США получают 74% контроля в компании-разработчике на первые 49 лет. Строительство планируют начать во второй половине 2026.
TRIPP напрямую конкурирует с Север-Югом:
- полностью обходит Россию и Иран;
- даёт альтернативный маршрут для грузов из Центральной Азии в Европу;
- позволяет США контролировать транзит и северную границу Ирана;
- Россия теряет влияние, Иран — доходы от транзита.
Что дальше
США разбирают цепочку союзников: Венесуэла под контролем, Куба в кризисе, Иран под давлением, TRIPP бьёт по Север-Югу. Иран остаётся ключом — без него INSTC слабеет, Китай теряет дешёвую нефть.
Москва и Пекин держатся за Тегеран. Китай через Пакистан покупает время. Но Трамп уже строит параллельные коридоры под своим контролем. Кто контролирует энергию и транзит — тот диктует правила в Евразии.
Оставить комментарий
131
**Важные дополнения: Экономическое и инфраструктурное измерение российско-иранского партнёрства**
Помимо военно-политической составляющей всеобъемлющего договора Россия–Иран 2025 года, значительное развитие получило практическое экономическое и инфраструктурное сотрудничество.
**Международный транспортный коридор «Север–Юг»**
Это мультимодальный маршрут длиной около 7200 км, который соединяет российские порты на Балтике и севере с портами Персидского залива и Индийского океана. Коридор позволяет сократить время и стоимость доставки грузов на 30–40 % по сравнению с маршрутом через Суэцкий канал. Потенциальная мощность — до 32–35 млн тонн грузов в год.
Ключевым недостроенным звеном западной ветки остаётся железнодорожный участок **Решт–Астара** (162 км) на севере Ирана. Россия выделила кредит около 1,3 млрд евро. Строительство этого участка должно было активно стартовать с 1 апреля 2026 года. Удары по Ирану создают дополнительные риски для реализации этого стратегически важного проекта.
**Энергетическое сотрудничество**
Ещё в июне 2024 года «Газпром» и National Iranian Gas Company (NIGC) подписали Стратегический меморандум о поставках российского газа в Иран и создании регионального газового хаба. Ранее, в 2022 году, был подписан меморандум с National Iranian Oil Company (NIOC) на сумму около $40 млрд по совместной разработке нефтяных и газовых месторождений Ирана.
Договор января 2025 года создал общую стратегическую рамку, в которой эти более ранние меморандумы получили дополнительный политический вес и защиту. Стороны продолжили работу над объёмами поставок газа (обсуждались цифры до 55 млрд куб. м в год) и совместными проектами.
**Вывод**
Развитие коридора «Север–Юг» и энергетических меморандумов вместе с всеобъемлющим договором формируют мощную **энерго-транспортную ось** Россия–Иран. Это значительно повышает устойчивость обеих стран к санкциям и внешнему давлению, но одновременно делает их более уязвимыми к военным конфликтам в регионе.
Мог ли всеобъемлющий договор Иран–Россия стать одной из скрытых причин ударов США по Ирану в 2026 году?
С 28 февраля 2026 года США и Израиль проводят операцию «Epic Fury» — серию массированных ударов по военным, ядерным и ракетным объектам Ирана. Официальная риторика Вашингтона и Тель-Авива хорошо известна: предотвращение появления у Ирана ядерного оружия, уничтожение ракетной программы, борьба с поддержкой прокси-групп и защита региональной стабильности.
Однако: не сыграл ли роль ещё один фактор — Договор о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве между Россией и Ираном, подписанный 17 января 2025 года в Москве Владимиром Путиным и Масудом Пезешкианом.
Что представляет собой договор. Документ рассчитан на 20 лет с возможностью автоматического продления. Он охватывает широкий спектр направлений:
оборону и военно-техническое сотрудничество;
совместные военные учения;
обмен информацией по вопросам безопасности;
энергетику, торговлю, транспорт, атомную сферу и финансы.
Важно: это не полноценный военный альянс с обязательством взаимной обороны (в отличие от договора Россия–КНДР). Стороны обязуются не помогать агрессору в случае нападения на одну из них, но прямого пункта о военной помощи друг другу нет. Тем не менее, договор поднял российско-иранские отношения на качественно новый уровень стратегического партнёрства и создал правовую базу для более тесной координации. Договор вступил в силу 2 октября 2025 года после ратификации в обеих странах.
Почему этот документ мог повлиять на решение о ударах. С точки зрения США и их союзников появление такого всеобъемлющего соглашения означало несколько неприятных вещей одновременно:
Укрепление «антизападной оси». Договор фиксировал долгосрочное сближение двух стран, находящихся под санкциями. Для Вашингтона это выглядело как очередной шаг к формированию блока (Россия–Иран–Китай), который способен обходить ограничения, развивать параллельные технологии и координировать действия на глобальной арене.
Рост военного потенциала Ирана. Даже без прямого военного союза договор открывал дверь для более глубокого сотрудничества в оборонной промышленности, поставок технологий и совместных проектов. В условиях, когда Иран уже демонстрировал возможности в области беспилотников и баллистических ракет, дальнейшее укрепление этого направления воспринималось как растущая угроза.
Окно возможностей для превентивного удара. Пока Россия занята решением собственных приоритетных задач, а Иран ещё не успел в полной мере реализовать потенциал нового партнёрства, у США и Израиля могло возникнуть ощущение «последнего удобного момента». Если подождать ещё 2–3 года, Иран мог стать заметно сильнее в военном и технологическом плане благодаря российским компетенциям.
Сигнал остальным игрокам. Удар по Ирану в такой момент мог служить демонстрацией: любые попытки построить глубокое стратегическое партнёрство с Россией против интересов США будут встречены жёстко и превентивно.
Официально ни Трамп, ни израильское руководство не называли договор с Россией в качестве причины. Основной акцент делался на ядерной программе и ракетных угрозах.
Что это значит для рынков и инвесторов? Если версия о влиянии российско-иранского договора верна хотя бы частично, то текущий конфликт — это не только ближневосточная история, но и элемент более широкого глобального противостояния. В таком случае риски эскалации и дальнейшего переформатирования альянсов остаются повышенными. Для российского и глобального рынка это может проявляться в:
волатильности нефтяных котировок (угроза Ормузскому проливу);
колебаниях курса рубля и российских суверенных рисков;
изменении ожиданий по санкционной политике и энергетическому сотрудничеству.
Усиление Ирана — это прямая угроза существованию Израиля — стратегического партнёра США и их интересам в регионе.
Официальное опубликование на портале правовой информации РФ: http://publication.pravo.gov.ru/document/0001202510020001 (полный текст договора после ратификации)
Текст на сайте Кремля: http://kremlin.ru/supplement/6258 (опубликован в день подписания)
Федеральный закон о ратификации № 73-ФЗ от 21.04.2025: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_503562/