Август 2026 года ознаменовался важным трендом в российской экономике: как частные инвесторы, так и обычные граждане демонстрируют беспрецедентный интерес к защитным активам. На фоне экономической нестабильности рекордными темпами растут покупки золота и объем наличных денег в обращении.
Золотой бум: слитки вместо украшений
Российский рынок драгоценных металлов переживает структурную трансформацию. В первом полугодии 2026 года спрос на инвестиционное золото превысил 20 тонн, что продолжает рекордный тренд 2025 года, когда покупки достигли 35,5 тонны — максимума с 2014 года. Примечательно, что россияне все чаще выбирают слитки и монеты вместо ювелирных украшений — продажи последних упали на 7%.
Интерес к золоту как к активу-убежищу подогревается рекордным ростом цен: в январе 2026 года стоимость тройской унции впервые превысила $5,6 тысячи. Россельхозбанк зафиксировал рост продаж золотых слитков на 31% год к году. Этот тренд поддерживается развитием государственной информационной системы учета драгметаллов (ГИИС ДМДК), которая повысила прозрачность операций.
Взрывной рост показал и вторичный рынок: в первом полугодии оборот вторичного сырья, содержащего золото, увеличился на 19,1% до 8,1 тонны, а объем аффинажа вырос на 12,8% до 16,7 тонны. Владельцы накоплений активно фиксируют прибыль на пике цен, а часть инвесторов использует коррекцию для новых покупок.
Наличный бум: возвращение «матрасных» сбережений
Параллельно с золотым ажиотажем в России наблюдается рекордный рост наличных денег в обращении. По данным Банка России, в июне 2026 года объем наличных денег (агрегат М0) достиг исторического максимума в 19,79 трлн рублей . Особенно показателен июльский скачок: за месяц объем наличных вырос на 43,1% — это рекордный показатель с сентября 2022 года.
Эксперты связывают этот феномен с возвращением феномена «матрасных» сбережений, который в последний раз наблюдался в 1990-е годы и в 2014 году.
Причины текущего всплеска носят системный характер:
✅ Ужесточение налоговой нагрузки
✅Рост цифрового контроля со стороны государства
✅Недоверие к банковской системе на фоне геополитической нестабильности
Что стоит за трендом?
Экономическая ситуация в стране остается напряженной. Несмотря на снижение ключевой ставки до 14% в июле 2026 года, пространство для дальнейшего смягчения денежно-кредитной политики сузилось . Инфляция в годовом выражении по оценкам Минэкономразвития на начало августа составила 6,11% , а опросы аналитиков ЦБ дают еще более высокие оценки — до 6,2%. При этом наблюдается тревожный признак стагфляции: экономический рост замедляется на фоне сохраняющегося ценового давления.
Примечательно, что сама государственная политика в отношении золота демонстрирует двойственность. Банк России в 2026 году выступает нетто-продавцом золота: за первое полугодие продажи составили 34 тонны, а резервы сократились до 73,4 млн тройских унций — минимума с февраля 2020 года. Однако это часть стратегии фиксации прибыли на исторических максимумах цен, а не признак истощения резервов . Часть проданного золота направляется на чеканку инвестиционных монет «Георгий Победоносец»: в 2026 году их выпуск удвоен до 1 млн штук .
Ряд экспертов отмечает, что многие покупатели рассматривают слитки как долгосрочный защитный актив, позволяющий сохранить средства в условиях инфляции и валютных рисков. По их оценкам, в ближайшие пять лет объемы вторичного рынка ювелирного золота и инвестиционных слитков могут сравняться, а общий оборот вторичного золота вырасти с 25-30 до 50 тонн в год.
Заключение
Рекордный спрос на золото и наличные деньги в России в августе 2026 года — это не просто статистическая аномалия, а четкий сигнал о глубоких структурных изменениях в поведении граждан и инвесторов. В условиях высокой инфляции, геополитической неопределенности и постепенного ужесточения государственного контроля, россияне выбирают максимально надежные, физические формы сбережений. И если золото выполняет функцию долгосрочного сохранения капитала, то наличные деньги становятся «подушкой безопасности» для покрытия текущих рисков, связанных с возможными сбоями в банковской системе и цифровой инфраструктуре. Этот тренд, скорее всего, сохранится до тех пор, пока не появятся явные признаки стабилизации экономической и политической ситуации.
