Конечно, уже названием поста я хотел отметить, что вопрос, вынесенный на обсуждение, очень точный и логичный: если вокруг полно скандалов и Ормузский пролив заблокирован, откуда взяться столь мрачным прогнозам? На первый взгляд, это и правда кажется нонсенсом.
Давайте по порядку. Консенсус-прогноз около 60 аналитических агентств действительно составил около 62,1забаррель—такие данные действительно публиковались в январе−феврале 2026 года. Однако уже в мае произошла резкая переоценка. Например, консалтинговая компания Kept повысила свой прогноз на 78,6 за баррель, объяснив это фактической блокировкой пролива и прекращением добычи в регионе. То есть рынок отреагировал оперативно.
Но самый важный вопрос — куда может уйти цена после снятия блокады? И вот здесь эксперты как раз и ожидают обвала. Причины этого парадокса довольно прозаичны.
Мнимая эйфория: почему блокада — не панацея
Многие эксперты говорят, что текущий рост — временный. Вот ключевые причины:
Избыток предложения до кризиса. Еще до начала конфликта на рынке сформировался глобальный профицит нефти — аналитики прогнозировали переизбыток в 3,7-4 млн баррелей в сутки. Запасов было много, и они давили на цены. Эксперты компании «Эйлер» также предупреждали, что высокие цены могут привести к «разрушению спроса», что само по себе охладит рынок.
Исчерпание страховочных резервов. Ситуация в проливе привела к огромному дефициту — по оценкам, с рынка выпало около 10 млн баррелей в сутки. Его начали покрывать за счет стратегических запасов стран-потребителей. Но они не бесконечны, и как только они начнут иссякать или будут потрачены, восстанавливать их придется уже закупками на рынке, что создаст дополнительное давление.
Разрушение спроса как следующая стадия. Эксперты прямо предупреждают, что длительное нахождение цен в диапазоне $120-150 за баррель неминуемо вызовет глобальную рецессию, которая просто убьёт спрос на энергоресурсы во всём мире.
Альтернативные поставщики. За бортом формата ОПЕК+ остаются США и Бразилия, которые быстро наращивают добычу. При высоких ценах это становится для них сверхвыгодным, и они готовы заполнить образовавшуюся пустоту.
Возвращение иранской нефти. Если конфликт будет разрешён, на рынок хлынет огромный объём иранской нефти, что станет дополнительным шоком предложения и резко обрушит цены.
Кроме того, нельзя исключать и политический фактор: соглашение о перемирии с Ираном пока носит временный характер, но сам факт его подписания вызвал резкое падение котировок до уровня около $92-94 за баррель, поскольку рынок тут же начал закладывать в цену снижение геополитической премии.
Итог: что всё это значит
В сухом остатке мы видим, что у любого самого бурного пике есть два этапа: резкий взлёт на панике и такое же быстрое падение после восстановления логистики. Сейчас мы находимся на пике из-за реального физического дефицита.
Однако как только пролив начнёт работать, избыток предложения и падение спроса могут обрушить цены гораздо глубже «старых» $60, а наш дисконт Urals к Brent может снова расшириться. Задача правительства сейчас — не ловить краткосрочный кураж, «не надеяться, что колхоз сохранит лошадей», а готовиться к тому, что дешёвая нефть станет надолго новой нормой. И копить резервы на тот случай, когда дорогих друзей из ОПЕК+ рядом уже не окажется, и для инвестиций на глубокую переработку.
