Когда читаешь новости про Иран, обычно рисуется картина: танкеры стоят, нефть не идет, все грустно. Ан нет. Нашлись умные люди, которые протянули железнодорожную ниточку через Казахстан и Туркменистан. И это, скажу я вам, чистой воды авантюра, но она работает.
До недавнего времени поезд из Сианя в Тегеран ходил раз в неделю. А после того, как 13 апреля американцы закрутили гайки, состав побежал чаще — раз в три-четыре дня. Цифры маленькие, но тенденция смешная.
И тут начинается самое интересное для вашего кошелька. Стоимость отправки обычного 40-футового контейнера сейчас долбанула до 7000 долларов. Это примерно на 40% выше обычного ценника. Чувствуете запах жареного? Логисты потирают руки, хотя ржут сквозь слезы.
Но давайте честно. Эта железка — лишь частичная заплатка в дырявой бочке. Море-то фактически закрыто. Иран не может нормально продавать нефть и ввозить зерно. Рубль? Простите, риал уже пополз вниз. Экономика дает трещину, а народ начинает нервно дергаться.
Мне особенно нравится момент с зависимостью. Весь этот маршрут лишь усиливает хватку Китая. Пекин теперь скупает почти всю иранскую нефть. Сказал «спасибо»? Пока нет. Но маршрут работает в одностороннем порядке: везут ширпотреб, автозапчасти, генераторы и электронику. Туда. Обратно — тишина.
Руководитель одной турецкой компании, Алтан Дурсун, сказал, что раньше поезда могли не ходить неделями, а сейчас все места на май уже раскуплены как горячие пирожки. И в июне обещают увеличить пропускную способность. Правда, один состав везет всего 50 контейнеров. Танкер-гигант — тысячи. Чувствуете разницу?
Поэтому я отношусь к этой истории с легкой иронией. Да, альтернатива есть. Да, китайцы молодцы: они требуют открыть Ормуз, пожимают руки иранским министрам, а заодно получают «спасибо» от американских сенаторов. Красивая дипломатическая вальсировка.
Но вот что важно для понимания. Иран не дурак. Они еще в октябре начали гонять дизель по рельсам в Афганистан. У них есть ветка Хаф — Герат. Китай вообще открыл прямой путь до Хайратана. Там, на севере Афганистана, сейчас свои разборки, но логистика не спит.
Телевидение Press TV на полном серьезе назвало этот маршрут «спасением от щупалец американской гегемонии». Звучит пафосно, но по факту — вынужденный маневр. Они планируют перевести 40% торговли с моря на сушу. Суммы в игру идут миллиардные. Газопроводы, север-юг, соединение с Россией.
Однако смотрю я на происходящее и вижу две стороны медали.
С одной — героизм логистов. С другой — дикий рост цен на фрахт. Спрос на турецкие грузовики с едой и подсолнечным маслом рванул вверх. Иранский посол в Пакистане уже обсуждает новые объемы.
Ах да, забыл самое веселое. Инфляция. Риал упал до рекордного дна. В январе после девальвации уже были протесты. Президент Пезешкян теперь грозит трейдерам пальцем: мол, не спекулируйте, не копите. Обещает серьезные меры. Только вот воз, говорят, и ныне там.
Поэтому вывод такой. Китайский поезд — это не панацея. Это дорогой, ограниченный и почти символический жест. Но он дает Ирану главное — дышать. Пока море на замке, каждый рельсовый стык превращается в золотой. Дорого, сложно, зато хоть что-то.
Я не удивляюсь. Мы такие схемы на своей шкуре изучили. Иранцам сейчас не позавидуешь, но смотреть, как они крутятся, — познавательно. Одно точно: без сухопутных коридоров сейчас никуда. Даже за семь косых за коробку.