«Как Попа Карло про дивиденды размышлял, или С чего бы я начал, будь я инвестором с нуля»
Сижу я в мастерской, стружку сметаю, а сам думаю: вот если бы мне сейчас начать всё заново — да не с полена, а с кошелька… С нуля, как говорится. Ни гроша, зато голова на плечах и привычка трудиться. И спрашиваю сам себя: а в какие акции бы я вложился, чтоб и доход был, и совесть спокойна?
Буратино тут как тут:
— Попа Карло, ты опять с доской разговариваешь?
— Да нет, сынок, — отвечаю. — Я тут про дивидендные акции думаю.
Про такие бумаги, которые раз в год (а то и чаще) платят тебе кусочек прибыли — словно дерево каждый сезон плоды даёт. Только тут плоды — в рублях.
И давай я ему объяснять, как будто сам портфель собираю.
— Вот, к примеру, взял бы я кусочек бумаг от крупной энергетической компании. Пусть это будет условный «Энергопоток». У них трубы, сети, провода — всё, без чего ни дом не согреешь, ни лампочку не зажжёшь.
Спрос всегда есть, зима не спрашивает, есть ли у тебя деньги на отопление. Допустим, я купил бы на условные 30 000 рублей акций «Энергопотока» — и в первый год получил бы, скажем, 4 500 рублей дивидендов. Это как три хорошие доски купить, да ещё и на лак останется.
Буратино глаза округлил:
— То есть тебе просто так деньги платят?
— Не просто так, а за то, что ты часть бизнеса держишь.
Как если бы у тебя была яблоня: посадил, ухаживал, а потом яблоки собираешь. Только тут вместо яблок — дивиденды.
Дальше думаю: а ещё бы я взял кусочек бумаг крупного банка. Назовём его условно «Сберкасса». Банки людям кредиты дают, карты выпускают, проценты крутят — и часть прибыли возвращают акционерам.
Допустим, на те же 30 000 рублей я бы получил где-то 3 600 рублей в год. Это уже почти на целый набор резцов хватит. Или на хороший рейсмус, если поискать.
— А если банк разорится? — спрашивает Буратино.
— Хороший вопрос, — киваю. — Поэтому я бы не всё в один банк кидал.
Диверсификация, сынок. Это когда не все яйца в одной корзине. И не все доски в одном углу.
Ещё бы я посмотрел на бумаги крупной продуктовой сети. Условно назовём её «Продуктоград». Люди всегда будут есть: хлеб, молоко, картошку. Даже если мода на резные табуретки упадёт, хлеб всё равно купят. И «Продуктоград» будет зарабатывать. Допустим, ещё 30 000 рублей туда — и ещё плюс 3 900 рублей дивидендов в год.
А теперь самое интересное. Я бы обязательно взял кусочек бумаг крупной нефтяной компании — условно «НефтьСевер». Потому что машины ездят, самолёты летают, пластик делают — и спрос никуда не денется. Пусть и рискованно, но дивиденды у таких компаний часто щедрые. Ещё 30 000 рублей — и, скажем, плюс 5 100 рублей в год.
Итого:
120 000 рублей распределены по четырём направлениям. И в первый же год я бы мог получить примерно 17 100 рублей дивидендов. Это уже не три доски, а целая полка с резными краями. Или даже небольшой столик.
Но тут Буратино хитро прищурился:
— А ты не забыл, что налоги берут?
— Вот за это, сынок, отдельное спасибо, — улыбнулся я. — Да, с дивидендов удерживают налог — как будто кто-то кусочек яблока откусил.
Поэтому на руки я получу чуть меньше. Но идея-то не в том, чтобы сразу разбогатеть, а в том, чтобы каждый год получать доход и понемногу докупать новые акции. Как будто каждую осень я сажаю ещё по одной яблоне.
Через пять лет у меня будет уже не четыре дерева, а восемь. А через десять — целый сад.
Я бы ещё добавил в портфель бумаги телекоммуникационной компании — условно «СвязьГород». Интернет, связь, телевидение — без этого сейчас никуда. Пусть будет пятый кусочек на 20 000 рублей, и ещё плюс, скажем, 2 400 рублей дивидендов. Теперь мой условный портфель — 140 000 рублей, а годовой доход — около 19 500 рублей.
— И что дальше? — не унимается Буратино.
— Дальше — терпение. Инвестиции — это как резьба по дереву: нельзя торопиться. Надо смотреть, слушать, учиться. Читать отчёты, как я читаю текстуру дерева.
Понимать, где сучок, где трещина, где зерно идёт ровно. И не верить красивым словам, а смотреть на цифры.
В конце концов, я бы не гнался за самой высокой доходностью. Лучше пусть будет стабильно, чем ярко и один раз. Как хорошая доска: не кривится, не трескается, держит узор.
Посидели мы с Буратино, чаю попили. Он теперь всё про дивиденды спрашивает, а я ему говорю:
— Главное, сынок, помни: никакой портфель не заменит руки и инструмент. Акции могут расти и падать, а вот резная полочка — она всегда радость. Но если уж хочется и дерево резать, и портфель собирать — пусть будет и то, и другое. Лишь бы с умом.
Вот такой у меня получился план: понемногу, по направлениям, с расчётом и терпением. Как будто собираешь изделие: сначала каркас, потом детали, потом резьбу. И каждый год — новый завиток, новый кусочек прибыли.