Недавно мы с спорили, напишет ли нейросеть сочинение за школьника или нарисует котика в космосе. А сегодня выясняется, что те же самые алгоритмы запросто решают, кому жить, а кому — нет. И это не сценарий для фильма ужасов, это сводки с передовой.
Американское Центральное командование (CENTCOM) недавно рассекретило данные, от которых у меня лично волосы дыбом встали. Оказывается, их операция против Ирана — не просто «полетели-ударили-вернулись». Это полноценный IT-хакатон, только вместо призов там чьи-то жизни. Система Maven Smart System от Palantir заглатывает информацию из полутора сотен источников разом: спутники, перехваты звонков, банковские транзакции, посты в соцсетях. А внутри этой системы работает болванчик Claude от Anthropic — языковая модель, которая стала главным штабным аналитиком.
Раньше, чтобы принять решение об ударе, нужны были дни, а то и недели: данные разведки, фотоснимки, доклады агентов. Сейчас нейросеть переваривает терабайты информации за секунды и выдает готовый ответ: «Цель подтверждена, точка интереса сформирована, можно работать».
Конечно, Пентагон на публику отрабатывает программу «белые и пушистые». Министр войны Пит Хегсет разводит руками: «Ну да, есть там какие-то беспилотники с ИИ-компонентами, но подумаешь». А пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Левитт вообще выдала хит: на вопрос, как так вышло, что за двое суток атак погибло 175 иранских школьников и учителей, она заявила, что США по гражданским не бьют. То есть если школа разбомблена — это, видимо, случайно само взорвалось? Или опять «чужими руками»?
Но главный цирк с конями начался, когда вскрылись детали про убийство верховного лидера Ирана А. Хаменеи. Тут вообще детектив уровня «17 мгновений весны», только в современной обертке. Израильская разведка не просто внедрила агента — они взломали дорожные камеры в Тегеране. Представляете? Годами следили за тем, кто где паркуется, кто во сколько приходит, у кого какая машина. Financial Times пишет, что одна камера вообще давала идеальный обзор на стоянку личного транспорта охраны. Сложили пазл, и когда Хаменеи собрал у себя высших офицеров — прилетело. И никакой человеческой агентуры, одни алгоритмы и видеопоток.
Но если вы думаете, что это предел, то посмотрите, что творится в Газе. Там уже который год работает виртуальный палач по кличке «Лаванда». Или «Евангелие». Или «Где папочка?» — такие умилительные названия для систем, которые ставят прицел на дом. Они прочесали всех два миллиона жителей, 37 тысяч признали террористами. Только вот проблема: по открытым данным, каждый десятый приговор — ошибка. Но кого это волнует? Машина не знает жалости, у нее нет чувств, для нее глобальная катастрофа — просто очередная «галлюцинация» в коде.
И тут возникает самый скользкий момент. Пока одни кричат про эффективность, другие пытаются понять: а как, собственно, машина приняла это решение? Из-за объема данных человек уже не в силах проследить логику нейросети. Мы просто начинаем доверять ей, как слепые котята. Профессор из RMIT Крис Берг правильно заметил: сегодня ИИ встроен в войну так же глубоко, как в нашу обычную работу с текстами или картинками. Разница лишь в цене ошибки. Если я опечатался в слове — ерунда. Если нейросеть ошиблась в координатах школы — трагедия.
А еще ИИ вовсю балуется фейками. Недавний перл: иранские дроны якобы атаковали британскую базу на Кипре, и британцы нашли там российские приборы. Красивая история, только вот прибор оказался снят на Украине год назад. Или видео с горящим авианосцем — спецэффекты уровня голливудского блокбастера, а люди верят. Отличить реальность от подделки скоро смогут только другие алгоритмы. Искусственный интеллект будет воевать с искусственным интеллектом, а мы останемся где-то сбоку, с попкорном в руках и ужасом в глазах.
Война окончательно превратилась в сражение нейросетей. У них нет эмпатии, им не знакомо сострадание, они не умеют плакать над погибшими. Они просто оптимизируют процессы. А мы готовы к такому повороту? Сидим, уткнувшись в свои смартфоны, и даже не замечаем, как мир за окном окончательно сходит с ума.