Нефть дорожает до 116 долларов: сколько дополнительных доходов получит бюджет и при чём тут рубль

Цена нефти Brent 23 октября 2026 года закрылась на отметке 116,72 доллара за баррель — это максимум с конца апреля 2026 года. В этом году нефть уже была дороже: 29 апреля июльский фьючерс Brent поднимался выше 120 долларов — до 120,03 доллара за баррель, впервые с 17 июня 2022 года. Так что нынешние 116,72 — это сильный уровень, но не абсолютный рекорд года. Для российского бюджета это не просто биржевая сводка: при курсе доллара около 80,5 рубля каждая «лишняя» бочка выше заложенной в бюджет цены превращается в дополнительные рублёвые поступления. Разбираемся, сколько это в деньгах и почему укрепление рубля — не всегда безоговорочный плюс.‌

Бюджет считали по 59 долларов, а нефть стоит 116

При верстке бюджета на 2026 год правительство закладывало цену российской нефти 59 долларов за баррель и курс 92,2 рубля за доллар, то есть около 5 440 рублей за баррель в налоговом эквиваленте. Сейчас налоговая цена российской нефти уже превысила 8 600–8 700 рублей за баррель — примерно на 60% выше бюджетного уровня.‌

Иными словами, бюджет получает не «немного больше», а в разы больше с каждой экспортной тонны. По оценкам, при среднегодовой цене выше 60–62 долларов дополнительные нефтегазовые поступления могут измеряться 1–1,5 трлн рублей. При текущих 116 долларах речь идёт о верхней границе этого диапазона и выше — всё зависит от того, как долго продержатся такие котировки и какой курс зафиксируется в расчётах.

Сколько именно дополнительных доходов

Точная цифра зависит от объёмов экспорта, налоговых вычетов и демпфера, но порядок понятен: разница между фактической налоговой ценой и ценой отсечения в 59 долларов за баррель при курсе 80,5 рубля даёт около 4 600–4 700 рублей дополнительного рублёвого дохода с каждого барреля, попадающего под НДПИ и экспортную пошлину. Даже при консервативных объёмах это сотни миллиардов рублей в месяц сверх плана. Для сравнения: только за октябрь Минфин ожидал превышение дополнительных нефтегазовых доходов над планом на 289,46 млрд рублей — и это при цене Urals около 112–114 долларов. При 116 долларах и сохранении такой динамики счёт может идти о 1,5–2 трлн рублей дополнительных доходов за несколько месяцев, если цены не откатятся.‌

При чём тут рубль: дорогая нефть укрепляет, но Минфин этому мешает

Логика простая: чем дороже нефть, тем больше валютной выручки приходит экспортёрам, тем больше они продают долларов и евро на рынке — и тем сильнее рубль. Уже сейчас доллар опустился к 80,5 рубля: ЦБ установил официальный курс на 24 октября на уровне 80,5381 рубля, снизив его почти на 59 копеек. Финансисты прямо связывают это с ростом Brent выше 116 долларов и повышенной активностью экспортёров перед налоговыми выплатами, допуская снижение доллара до 80 рублей в краткосрочной перспективе.

Однако есть встречный механизм — бюджетное правило. Все доходы выше цены отсечения (сейчас 59 долларов, обсуждается снижение до 50) Минфин направляет в Фонд национального благосостояния, покупая на рынке валюту и золото. С 7 октября по 6 ноября Минфин тратит на эти покупки 279,42 млрд рублей — по 12,7 млрд рублей в день. Это в пять раз больше, чем месяцем ранее. Бюджетное правило изымает часть валютной выручки с рынка и сдерживает чрезмерное укрепление рубля, но, по оценкам, стерилизует лишь 20–30% прироста валютной выручки. Поэтому при дальнейшем росте нефти давление на рубль в сторону укрепления сохранится.‌

Что это значит для бюджета и курса

Для бюджета дорогая нефть — это передышка: дефицит, который за январь–август уже достиг 5,795 трлн рублей, или 2,5% ВВП, можно закрывать с меньшим напряжением. Для рубля — это укрепление, но с оговоркой: Минфин будет активно покупать валюту в ФНБ, поэтому курс, скорее всего, останется в диапазоне 80–85 рублей за доллар, а не уйдёт ниже 75. Если же геополитическая премия в нефти схлынет и Brent вернётся к 90–100 долларам, дополнительные доходы сократятся, но всё равно останутся выше плана — пока цена держится выше 59 долларов за баррель.‌