Краткий ответ: К концу мая 2026 года сумма безвозмездных платежей от негосударственных организаций в федеральный бюджет достигла 220 млрд рублей, что почти в 130 раз превысило годовой прогноз в 1,7 млрд. Ожидаемый объём до конца года — около 300 млрд рублей. По данным СМИ, за этим стоят «добровольные взносы» крупных бизнесменов — в первую очередь Сулеймана Керимова, а также Владимира Потанина и Олега Дерипаски. Поводом стала закрытая встреча с президентом 26 марта, где один из участников (по разным данным, Керимов) выступил с инициативой «очень крупной помощи». Идея — не просто пополнить дырявый бюджет, а проверить лояльность и напомнить об «относительности» прав собственности. Причём ровно в тот же период Госдума приняла закон, ограничивающий 10 годами срок предъявления претензий по приватизации. Совпадение? Или система молчаливо сказала: «Вы — патриоты, и мы официально закрываем вопрос о ваших активах из 90-х»?
📊 Цифры: бюджет тонет, олигархи «добровольно» затыкают дыру
К концу мая дефицит федерального бюджета за январь-апрель достиг 5,877 трлн рублей (2,5% ВВП), превысив годовой план в 3,79 трлн рублей на 55%. При этом доходы составили лишь 14,8 трлн, а расходы — 20,8 трлн (+17% год к году).
Поступления по статье «безвозмездные платежи от негосударственных организаций» (куда и попали взносы) составили 220 млрд рублей при годовом плане всего 1,7 млрд. Ожидаемый объём взносов до конца года — около 300 млрд рублей.
«300 млрд рублей нельзя назвать «каплей в море», — отмечает ведущий эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Эмиль Аблаев. — Правильнее сравнивать её с дополнительным разрывом между доходами и расходами, который возник после утверждения планов. 300 млрд рублей могут закрывать около 10–15% незапланированного бюджетного дефицита — а это уже ощутимо».
При этом оборонные расходы на 2026 год предусмотрены в размере 12,9 трлн рублей (29,3% всех расходов), а с учётом всех силовых структур — до 17 трлн. Дефицит продолжает расти: за первые пять месяцев он уже достиг 6 трлн рублей (2,6% ВВП).
Вывод: взносы — не панацея, но важный «сигнальный» транш, который позволяет закрыть 10–15% незапланированного разрыва и избежать ещё большего роста госдолга.
🗣️ Как это работало: встреча, инициатива и «неловкое положение»
26 марта 2026 года после съезда Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) состоялась закрытая встреча Владимира Путина с представителями крупного бизнеса — около 20–25 человек. По данным Financial Times, президент призвал бизнесменов к «добровольным пожертвованиям» для финансирования войны. Однако в Кремле это отрицают: Дмитрий Песков заявил, что инициатива исходила не от Путина, а от одного из участников, который предложил выделить «очень крупную сумму», и это стало полной неожиданностью для остальных.
По данным ряда СМИ, этим «добровольцем» был Сулейман Керимов, взявший на себя обязательство в 100 млрд рублей. К нему затем присоединились Владимир Потанин и Олег Дерипаска. По информации Telegram-канала Mash, общая сумма пожертвований может достичь 430 млрд рублей.
Платежи идут со счетов небольших компаний и фондов, траншами по несколько миллиардов рублей. Никаких письменных обязательств — «личное дело каждого».
«Этот заплатил одну сумму, другой решил заплатить побольше. Один перевёл со счёта компании, второй — от лица благотворительного фонда и уменьшил налоги. Зачем эти разночтения, тем более в вопросах расчётов с государством?» — недоумевает близкий к деловому объединению источник «Эксперта».
🧠 Эксперты: «тест на лояльность», а не налог
Почему при дефиците почти в 6 трлн власти пошли не по пути законодательного увеличения налогов, а по пути «теневых» договорённостей с избранными олигархами?
Экономист, автор телеграм-канала Truevalue Виктор Тунев называет это скорее тестом на лояльность, чем способом пополнения бюджета. По его словам, сложно представить законный механизм сбора таких платежей, поэтому они идут через офшорные «прокладки» и дочерние компании.
Политологи и эксперты обращают внимание на ключевую деталь: ровно в тот же период — 26 мая — Госдума приняла во втором и третьем чтениях закон, устанавливающий 10-летний предельный срок исковой давности по спорам, связанным с приватизацией. Закон подписан и вступил в силу в начале июня.
Законопроект касается гигантского массива: по словам Павла Крашенинникова, договоров о приватизации жилья заключено более 30 миллионов. Он также затрагивает и крупные промышленные активы, перешедшие в частные руки в 1990-е годы. Отныне оспорить сделку можно в течение трёх лет с момента, когда о нарушении узнали, но в любом случае не позже десяти лет с момента приватизации.
«Данный закон защитит права огромного количества собственников жилья. Это же касается и добросовестных предпринимателей, развивавших и инвестировавших в предприятия длительные годы», — подчеркнула депутат Ирина Панькина.
Вот только оговорка: закон не распространяется на дела по коррупции и экстремизму — то есть лазейка для точечных изъятий сохраняется.
Партнёр АТРЭ Виктория Павлюшина считает, что такой «неформальный фискальный механизм» удобен скоростью и гибкостью и позволяет не менять законодательство, но для бизнеса создаёт риск неопределённости правил. Вопрос лишь в том, насколько такие меры бизнес будет воспринимать как добровольные и разовые, а не как элемент формирования новой постоянной практики фискального регулирования.
💎 Итог: расписка в лояльности в обмен на «неприкосновенность
запаса»
Складывается чёткая связка:
Государство — через разовые «добровольные» взносы — получает от крупнейших бенефициаров приватизации срочную и практически бесплатную (без изменения налогового кодекса) ликвидность для латания бюджетных дыр.
Олигархи — через закрытый закон об ограничении сроков оспаривания приватизации — получают «охранную грамоту» на свои активы. Теперь шанс, что у них отнимут заводы и дворцы по искам 20-летней давности, стремится к нулю.
Формально эти два процесса шли параллельно, но их синхронность сомнений не вызывает. Государство больше не играет роль «наказывающего отца», а выступает прагматичным партнёром: ты помогаешь деньгами — я закрываю глаза на историю происхождения твоего капитала. При этом, разумеется, остаётся оговорка «кроме случаев экстремизма и коррупции», дающая карт-бланш на точечные разбирательства с неугодными.
Что будет дальше? Если механизм признают эффективным, вполне вероятно, что подобные «добровольные сборы» станут регулярными: в следующем году — новая встреча с президентом, новый «идейный» бизнесмен и очередные десятки миллиардов в бюджет. А право частной собственности будет по-прежнему зависеть не от закона, а от лояльности и своевременности финансовых жестов.
Как вы считаете: «добровольные взносы» олигархов — это разовая акция или начало новой регулярной практики финансирования бюджета крупным бизнесом? И справедливо ли увязывать закон об ограничении претензий по приватизации с этими выплатами? 👇