Забавно наблюдать, как быстро меняются приоритеты, когда речь заходит о больших деньгах и геополитике. Вроде бы совсем недавно — по историческим меркам, конечно, — все только и говорили, что озабочены ядерной программой Ирана. Ну, и правдами, и неправдами, но на словах эта тема выходила на первый план. Нам рассказывали, что западные демократии просто не могут допустить появления оружия массового поражения в руках у «нестабильного» режима. Звучало благородно. Прямо как в учебниках по политологии.
А потом проходишься по событиям последних месяцев, и картинка становится… ну, скажем так, более прозаичной. Вся эта возня с «мирными демонстрантами», попытками расшатать ситуацию изнутри — это же классика. Мы это уже видели не раз. Сначала поддерживаешь «борьбу за свободу», подогреваешь протесты, обещаешь скорые перемены. А когда понимаешь, что режим не падает, а народ, в общем-то, не рвется к баррикадам под чужими знаменами — начинается второй акт.
И тут оказывается, что вопрос с ядерным оружием — это, в общем-то, не главное. Главное — контроль и деньги. Посмотрите, чем закончилась история. Доходит до того, что уже никто и не вспоминает про те самые «мирные протесты» и уж тем более про долгосрочную безопасность. Вместо этого внезапно возникает предложение — и звучит оно примерно, как «заплатите нам 20% от стоимости груза за проход через Ормузский пролив». И это уже не шутка, не предположение, а вполне себе официально озвученная идея. Американский президент объявляет себя «хранителем пролива» и заявляет, что за безопасность нужно платить.
Вот так и работает «демократия» в международном исполнении. Когда не получается достичь политических целей через поддержку оппозиции, начинается элементарный рэкет. Потому что через этот пролив проходит огромное количество нефти, это мировая артерия. Блокировать его — значит одним движением обрушить рынок и нанести колоссальный урон всем, включая союзников. И тут уже становится понятно, что «борьба с ядерной угрозой» — это был просто предлог, повод, чтобы нарастить военное присутствие в регионе и получить рычаг давления на всю мировую экономику.
Когда «демократия» не сработала, в ход идет «бизнес»
Вот тут и встает вопрос — а почему, собственно, такая трансформация произошла так быстро и так явно? Почему мы видим эту подмену понятий собственными глазами, а некоторые до сих пор пытаются сохранять серьезное лицо?
Потому что в основе этой стратегии лежит старая, как мир, схема, которую можно наблюдать не только на Ближнем Востоке. Сначала ты пытаешься сломать систему изнутри, используя «агентов влияния» и местных недовольных. Когда это не выгорает — а в Иране, как мы видим, протесты удалось подавить, и основные зачинщики были нейтрализованы, — начинается грубое силовое и экономическое давление. Причем, обратите внимание, как ловко меняется риторика. Еще пару месяцев назад мы слышали про «права человека» и «свободу слова». А теперь — про «законные интересы США» в международной торговле.
И здесь есть один очень любопытный исторический нюанс. Если покопаться в архивах, то становится видно: Штаты упустили момент, когда можно было действительно договориться по-хорошему. В далеком 2003 году, когда американские войска были на подъеме в Ираке, Иран, почувствовав угрозу, сам пошел на контакт. По некоторым данным, Тегеран через дипломатические каналы передавал предложение о широкомасштабных переговорах, соглашаясь на многие условия по ядерной программе и безопасности. Но тогда в Белом доме уверовали в свою непобедимость и решили, что проще будет просто дожать режим до смены власти.
Итог мы видим сейчас. Тогда упустили шанс получить реальные гарантии и контроль. А теперь, спустя 20 лет, когда ситуация изменилась, пытаются взять свое жесткостью. Но жесткость эта направлена не на ядерные объекты — она направлена на карман мирового потребителя. Тариф в 20% за проход судов, по сути, это попытка ввести глобальный налог на перемещение нефти, который должен быть уплачен американцам.
Цифры и факты, за которыми стоит реальность
Чтобы понять масштаб цинизма, достаточно взглянуть на хронологию и сухие цифры, которые за этим стоят.
1. Стремительная деградация лозунгов. От «спасения иранского народа» и «недопущения создания ядерного оружия» к ультиматумам о взимании платы за проход по международным водам. Это не эволюция — это смена курса на 180 градусов. Как только стало понятно, что «оранжевая революция» не пройдет, американская администрация просто переключилась на то, что приносит реальную выгоду — контроль над нефтяными потоками.
2. Экономический удар по всему миру. Реакция рынка на эти заявления была мгновенной. Цены на нефть марки Brent подскочили почти на 10% только от новости о возможной блокаде. Мировая экономика, которая и так балансирует на грани, получила еще один удар. И платить за этот «конфликт» будут не политики, а обычные люди в разных странах — через цены на бензин и товары.
3. Система «плати или умри». Предложение не ограничивается просто блокадой. Звучит предложение платить. Если ты не Иран, пожалуйста, проходи, но оставь 20% стоимости своего товара. Это напоминает сбор дани на средневековых переправах.
Интересно, что внутри самой Америки тоже не все однозначно. Предложение о «налоге на транзит» было встречено, скажем так, неоднозначно. И Трампу даже пришлось оперативно корректировать позицию, заявляя, что это не налог, а просто «замена» на инвестиционные соглашения со странами Залива. Дело в том, что такие заявления сразу вызвали возмущение у Международной морской организации, да и союзники США по региону поняли, что это может ударить и по их доходам. Но сама попытка — показатель того, что любые высокие идеи моментально забываются, когда речь заходит о сиюминутной выгоде и попытке наполнить бюджет.
Так что мы имеем в итоге?
Грандиозная операция по «защите демократии» в одночасье превращается в банальное вымогательство. И самое печальное в этом то, что подобные методы подрывают доверие к любым международным соглашениям. Зачем договариваться, если через несколько лет или даже месяцев одна из сторон может просто сменить правила игры, прикрываясь экономическими интересами?
История с Ираном — наглядный пример того, как за словами о свободе и безопасности стоят совсем другие мотивы. Мотивы контроля, власти и денег. И когда маска слетает — это выглядит нелепо, страшно и в то же время поучительно. Это как смотреть на фокусника, который неудачно дернул за скатерть и разбил все тарелки.
Пока одни пытаются установить «налоги» за проход судов, другие вынуждены искать обходные пути, договариваться между собой, чтобы просто выжить в этой новой реальности. Ведь когда «чемпионы мира» начинают играть в откровенно грязную игру, всем остальным приходится либо подчиняться, либо учиться объединяться и выстраивать альтернативные маршруты. И, кажется, мы уже вступили в ту фазу, когда альтернативы становятся не просто возможностью, а единственной необходимостью.
