TulApelsinka
Хмелевская Яна Константиновна
Привет! Я - Яна, гид в Туле. Первая прыгаю пропасть, забираюсь в заброшки, пробую необычную еду и показываю это в блоге.
А чувствую себя как Терминатор. Только ему нужны были одежда и мотоцикл, а мне — новые ноги и свежая кожа. Тоже, знаете ли, своего рода средство передвижения и некая внешняя оболочка.
Как со мной такое приключилось? А это меня палаточная фестивальная жизнь довела. Если в первую ночь было просто холодно, то во вторую — п**дец как холодно!
Серёга выбился из сил и ушёл спать, не дожидаясь «Спокойной ночи, малыши» (точнее, выступления Ёлки). Я же, пропустив хвойную, собрала волю в кулак и пошла слушать «Танцы Минус», закрывающих этот день. Была уверена, что знаю у них от силы две-три песни. В итоге подпевала весь час и выяснила, что я, оказывается, их фанатка! (Рубрика открытие выходного дня(
Возвращаюсь к палатке. Мечтаю о горячем чае и пришедшем в себя Серёге (горелку включать я не умею, а стоять километровую очередь за кипятком на фесте — выше моих сил). На улице дубак, Серёжка в отрубе, а палатка... нараспашку. Начинаю закрывать и понимаю, что собачка сиротливо болтается на одной стороне молнии, а часть ткани просто порвана. Во мне мгновенно просыпается желание убивать.
Полночь. Все ложатся спать, а я с фонариком в зубах ищу плоскогубцы в машине. Хорошо, что они там были! С помощью чертовой матери я всё-таки чиню эту грёбаную молнию. В голове чёткое понимание: если я этого не сделаю, утром на поле найдут две безупречные глыбы льда. Мне-то ладно, сохранюсь молодой, в будущем, может, разморозят и оживят. А вот Серёге уже поздно.
Мысль бросить его замерзать и попроситься к кому-нибудь в гости мелькала, но я рассудила здраво: такой большой и горячей грелки мне больше не найти.
Починила, ложусь. Зубы стучат чечётку. Жмусь к Серёге, залезаю с головой под спальник и плед. Всё равно холодно! А почему? Потому что когда Серёжа предлагал взять нормальный тёплый плед, я начала возникать: «Да тепло же будет! Возьмём два тонких». А потом решила: «Да зачем нам два тонких, одного хватит и двух спальников». Утром, конечно, пришлось объяснять, что женщину нужно слушать, когда она предлагает что-то хорошее. А если она сама от хорошего отказывается — слушать её категорически нельзя!
Ночью, естественно, организму срочно захотелось в кустики. Высовываю нос для проверки температуры за бортом — по ощущениям, он мгновенно покрывается инеем. Тянусь к телефону: два часа ночи. Терпеть — не перетерпеть. Надо было памперсы покупать. Лежу и утешаю себя: ладно, внутри вроде уже всё подмёрзло, вот сейчас с первыми лучами солнца содержимое немного разморозится — и я ка-а-ак побегу!
В 6:30 мертвецкий холод по щелчку пальцев превращается в адовую жару. Начинаются саундчеки. Мы с Серёгой как по команде вылетаем из палатки и синхронно разбегаемся по кустам. Видимо, размораживались мы тоже вместе.
Остаток утра пытаемся честно доспать в душной, как сауна, палатке. К 10 часам я не выдерживаю и тащу нас на речку. После ледяной воды, разомлев на горячем солнышке, мы всё-таки добираем свои законные часы сна. А после обеда обнаруживаем существенно нанесённый солнцем урон.
Уже в городе хромая, плетёмся до магазина. Я шучу: «Слушай, мы после трёх дней палаточной жизни выглядим как бомжи, которые напились боярышника, уснули на солнце, обгорели и теперь прутся в магаз за еще чекушечкой».
Потом прокручиваю эту фразу в голове, осознаю реальность и понимаю: мы не просто похожи. Если хорошенечко подумать, мы и есть эти маргинальные личности.
В общем, очень надеюсь, что сегодня у меня по работе не будет видеосозвонов.
Помните белоснежный итальянский храм из прошлого поста? Так вот, если обойти его и углубиться в остатки заросшего парка, сказка Рафаэля резко заканчивается. Фасад идеальной церкви сменяется пустыми глазницами окон старинного флигеля.
Здесь, среди вековых лип, медленно умирают руины усадьбы князей Долгоруковых.
Самое интересное, что главный княжеский дворец... не дожил даже до революции. Род Долгоруковых после петровских времён штормило так, что усадьба постоянно меняла хозяев. В итоге огромный господский дом обветшал и был разобран ещё в XIX веке.
То, что вы видите на моих фото — это уцелевший двухэтажный жилой флигель в стиле фривольного екатерининского барокко. После исчезновения дворца его наспех переквалифицировали в главный дом.
В советские годы зданию традиционно досталось: тут успел побывать и детский дом, и музыкальная школа, и совхозная контора. В 1970-х усадьбу окончательно забросили, и с тех пор время безжалостно её уничтожает. Крыша давно рухнула, перекрытия сгнили, а стены густо заросли кустами.
Координаты флигеля усадьбы Долгоруких в Подмоклово: 54.865136752625546, 37.34742029252769
