Я, как и прежде, издалека
Смотрю с тоской на облака,
На дни, что убегают вдаль,
Давно приняв судьбы мораль.
Но где‑то в глубине души
Моей, измученной в тиши,
Набатом мысль: «А вдруг, а вдруг
Я вырвусь из столь прочных рук».
Набатом мысль, и тут же: «Стой!
Как прежде, ты не мой, не мой.
Я принимаю „нет“ в ответ,
Но это только этот свет».
Подарит ночь свои цветные сны,
Луна нальёт свой чудный свет в бокалы,
Напоит нас, добавив белены.
Кто устоит? Отвергнет ритуалы?
Кто скажет: «Нет фантазиям миров,
Уснёт — и не захочет погрузиться»?
Кто сможет отказаться от даров?
Ну и зачем тогда уж спать ложиться?
Подарит ночь — и ничего взамен:
Она просить не станет, только спи. Раскинет ночь прекрасный гобелен —
Нам не свернуть со сказочной тропы.
Ты не прошлое, ты — затмение.
Ты рассудка в миг помутнение.
Мной прожитое и до донышка,
До разбитого вдрызг судёнышка.
Ты печаль моя и полёт во сне.
Мысли глупые о любви, весне.
Той, что нежностью, ручейком,
До звезды небес хоть пешком.
Ты не прошлое, ты — затмение.
Ты другое, вне измерение.
Только всё-таки невозможное,
Что-то явное и подкожное.
Зима встряхнула стариной,
Припорошила.
Прикрыла белою волной,
Поторопила.
И ноябрю куда деваться?
Он вновь в печали.
Готов зиме повиноваться,
И к белой шали.
Готов уйти без гололёда,
Сник парнишка.
И след уже от снегохода —
Зима — воришка.
Оставь дневное, сними оковы,
Найди причину не быть как все,
Найди свободу не только в слове,
Сверни за грани, оставь шоссе.
Не дай тревогам убить живое,
В полёте мысли взлетай до звёзд,
Нам нужно часто совсем иное,
Нам нужен душам духовный рост.
Оставь дневное, сними оковы,
Позволив сердцу любить до дна,
Ценнее вера любой подковы,
А птица счастья — в тебе она.
Красивые слова, обломками картины.
А в целом — из чего твой мир?
Давно уже не я стою у снов витрины,
Не мой насквозь чудной кумир.
Глаза открылись. Хоть и не внезапно.
Пережила агонию всех дней.
Картину сотворил весёлый Шляпник.
Не знаю даже: маг или злодей.
Красивые слова. В теории, наверно.
Мне красок этих не найти вовек!
Талантливый, порой же так безмерно.
Не очень, только чуткий человек.