Молодой азербайджанец. Выпускник. Ему говорят: «Езжай в Баку, в Украину, на Каспий. Там нефть. Там карьера». Он смотрит на карту. Ткнул пальцем в середину гигантского белого пятна. «Поеду туда». Ему: «Да там болота. Там вечная мерзлота. Там пустота, Салманов! Там нефти не может быть!». Он улыбнулся: «Тем более». 1957 год. Плотниково. Скважины пустые. Только вода. Солёная, бесполезная вода. Приказ из Москвы: «Работы прекратить. Экспедицию свернуть. Бесперспективно». Он берёт бланк. Пишет в Москву: «Скважина водой ударила. Ждите нефть». Его помощник, седой от бессонницы буровик, читает. Хохочет, почти плача: «Фарман, да мы сами её не ждём уже! Ты что творишь?» Салманов: «Я вру. Чтобы они продолжали ждать. А пока они ждут - мы будем бурить». Март 1961. Мегион. Промёрзшая земля, чёрные ели, тоскливый ветер. Скважина Р-1. Глубина за две тысячи. Тишина. Все уже не смотрят. Двое суток без сна, просто ждут. Как приговорённые. И тут - подземный вздох. Глухой удар в трубах. Звон железа. И... рёв. Чёрный, густой, пахнущий серой и победой столб бьёт в сизое небо. Разрывает его. Люди кричат. Обнимаются. Падают в грязь, смеются, плачут. А он стоит. Смотрит. Лицо в чёрных брызгах. Не улыбается. Потом разворачивается, идёт к балку. Садится за рацию. Диктует в трубку, отчётливо, медленно, будто вбивая гвозди: «В Мегионе получена нефть. Дебит пятьсот кубов. Смотрите карту. Точка поставлена. Салманов». Вешает трубку. Только сейчас дрогнул уголок рта. Вытирает лицо ладонью. Смотрит на чёрную ладонь. «Царь, - говорит сам себе хрипло, - вот теперь ты настоящий царь». Позже будут гиганты. Сотни месторождений. Города, выросшие на его упрямстве. Его назовут легендой. Королём. А он приедет на новую площадку, спросит у молодого геолога, сомневающегося в данных: «Ты веришь, что она тут есть?» Тот: «По расчётам вероятность низкая...» Салманов перебивает, тычет пальцем в землю: «Она тут. Я тебе говорю. Я всегда чувствую, где она спит. Бури тут». И уезжает. Оставляет за собой не просто указание. Заряд. Энергию веры, которая сильнее всех расчётов. Его жизнь - один долгий вызов. Вызов догме. Вызов мерзлоте. Вызов здравому смыслу. Он не доказал, что нефть в Сибири есть. Он заставил Сибирь её отдать.
