И вновь про всемирного Буржуина (мировой капитал) и стоящих у него на службе фашистах, антисоветчиках и коллаборационистах — блестящий текст Константина Сёмина о мировых войнах и операции «Дропшот». К прочтению обязательно.
Пару лет назад монархист‑власовец, сбежавший из Питера в Латвию, в телеинтервью пророчествовал: «Разобрались с вашей Гражданской, разберёмся и с Отечественной». Этот лозунг эмигрантских кругов из Нью‑Йорка, Вашингтона, Мюнхена, Праги и Парижа повторялся с 1991 года.
К концу 80‑х разрушение революционного мифа и мифа о Гражданской войне состоялось. Сочувствие к трагедии белого движения, начавшееся с фильмов «Сорок Первый», «Бег», «Дни Турбиных» и песни «Русское Поле», закончилось обвальной реабилитацией белогвардейщины. По экранам страны скакал есаул‑Газманов, возвращался с войны Тальков, а Малинин пел про «Поручика Голицына» и «Кладбище Сент‑Женевьев‑де‑Буа».
Почему для эмиграции было важно «разобраться» с Гражданской войной? Один из базовых аргументов гитлеровских коллаборационистов состоял в том, что Великой Отечественной войны не было — был второй раунд Гражданской, где часть народа воевала с «жидобольшевиками», а другая часть их не поддержала. В этой версии Гражданская война в России оказывалась трёхактовой и завершалась появлением поручика Голицына в августе 1991‑го на танке перед Белым домом. Поскольку такие фигуры отметились в национальных батальонах Вермахта, отмечать 9 Мая им становилось всё менее комфортно.
Эта версия не просто удел фанатов РОА. Власовцы улыбаются, зная масштаб нашего поражения: без победы Революции и Гражданской войны миф о Победе в Великой Отечественной повисает в воздухе. Чтобы разбить власовцев, придётся осознать: Гражданская война тоже была во многом Отечественной — именно тогда народ выгнал из страны иностранных интервентов.
Вспомним фильм о Мальчише‑Кибальчише: буржуины, наступающие на позиции мальчишей, носят фашистские каски. Пропагандистский образ точен. Гитлер в 1941 году пытался завершить то, что не успели оккупанты в 1918‑м — немецкие, английские, японские, французские, американские. Он от имени мирового империализма пытался переиграть результаты Революции и Гражданской. За спиной Гитлера стоял всемирный Буржуин: французский, американский, британский. Именно он взрастил Гитлера, снабжал заказами корпораций, отдал ему Чехословакию и Испанию — чтобы тот двинулся на Восток и закончил работу «консорциума цивилизованных наций», приостановленную в 1922 году. Причина — Великая Депрессия, когда кресло под Буржуином зашаталось, и даже на Манхэттене выходили разъярённые толпы.
Таким образом, Первая мировая война, превратившаяся для России из империалистической в Гражданскую, стала прологом мировой классовой войны. Она обернулась схваткой революционных сил и сил всемирной Реакции. Под знаменем Реакции Гитлер шёл покорять СССР — это была «ответочка» за Октябрь 1917‑го, чаемая Черчиллем, Рузвельтом и Труманом. Русская Гражданская война 1918 года приобретала масштаб глобальной битвы между Добром и Злом.
Однако это не значит, что в 1941 году Гражданская война продолжалась внутри СССР. Классового общества в стране уже не было: раскулачивание и коллективизация помогли устранить внутренние угрозы. Советская власть поддерживалась абсолютным большинством населения. Не было новой войны русских против русских, на которую надеялись Краснов, фон Паннвиц и Власов. Было лишь ничтожное количество предателей (600–900 тысяч против 70 миллионов на оккупированных территориях).
Второй раунд мировой‑гражданской остался за красными. Красный флаг над Берлином убедительно показал это «международным партнёрам». Но война не была закончена. Уже в 1946 году США и Британия, не пострадавшие от фашизма, словно приглашали Москву к «продолжению банкета».
Вспомним тех, кто сегодня сражается с троцкизмом и доктриной «перманентной революции». Троцкий — враг СССР, но не из‑за этой доктрины. Она проста: всемирный Буржуин не оставит республику Советов в покое, и война прекратится только с его разгромом. Либо чёрные каски маршируют через Украину на Москву, либо ты поднимаешь знамя восстания в Мексике, Никарагуа, Алжире или Вашингтоне. Сталин был согласен с этой концепцией, но считал, что страна должна накопить силы.
Итоги второго раунда для СССР:
Победа, но с колоссальными потерями.
Революция в Китае — Красный Проект охватил половину земного шара.
Китай слаб, СССР в руинах, антиколониальное движение только набирает обороты.
Труман сбросил две ядерные бомбы на Японию и словно переспрашивал Москву: «Желаете продолжения банкета?»
Сталин понимал: стране нужна передышка для восстановления экономики, но увернуться от новой войны не удастся. СССР мобилизует силы для обретения ядерного статуса.
Либералы и власовцы утверждают, что при Сталине День Победы не отмечали с размахом — якобы из‑за высокой цены. На самом деле Сталин осознавал, что Великая Отечественная может оказаться цветочками по сравнению с третьим раундом мировой‑гражданской. 27 миллионов жизней — много, но что насчёт 50–100 миллионов в результате операции «Дропшот»? 300 ядерных зарядов, 100 городов. Война в Корее показала начало «следующего раунда».
Радость не должна была вести к потере бдительности. Враг в 1945 году не разгромлен, он усилился. Впереди — новый грозовой фронт.
На этом фоне Сталин уходит, наступает Оттепель. День Победы приобретает гранитно‑сусально‑бронзовые очертания: Хрущёвщина придаёт ему оттенок «всех победили, теперь только жизнь и безоблачное небо». Окуджава, Ахмадулина, Евтушенко, Хэмингуэй — чем дальше от 1945 года, тем больше радость перевешивает слёзы.
Параллельно Солженицыны поднимают вопрос о Цене Победы: не слишком ли дорого заплатил Русский Народ? Почему именно он обязан спасать человечество? В национальных республиках тоже начинают подсчитывать свои потери. На эту музыку стягиваются дремавшие коллаборационисты.
Итог: факельное шествие в Киеве, фашисты убивают детей на Донбассе, ленинопад на Украине, декоммунизация в Средней Азии — симптомы той же Мировой‑Отечественной‑Гражданской войны. Ни в каком уютном домике не спрячешься. Если решил «вскрыть ящик с надписью „Победа“», будь готов пересобирать её с 1918 года.
Если хотите, могу доработать какой‑то фрагмент или сделать ещё более короткую версию!
