«Крючок и хлыст»

Железо ворот. Тяжелый вдох. Солнце бьет по глазам, вышибая искры из-под век. Я снял крестик. Холодный металл скользнул из-за пазухи в чужую ладонь прапора. Старый ворон каркнул с вышки, словно ставя печать на моей судьбе. Зона приняла меня.

Первый шмон. Холодный бетон высасывает тепло через подошвы. Стук зубов о жестяную кружку — единственный ритм, который здесь не врет. Чифирь обжег нёбо. Сладкая, густая горечь, от которой темнеет в глазах, но проясняется в голове. Здесь нет времени. Здесь есть только счет: шаги, дни, вздохи до звонка.

Ночью не спал. Слушал радиоволны чужого горя, что звенят в натянутых нервах. Тишина звенит в ушах так, что лопаются перепонки. Кто-то плакал в дальнем углу. Тихо, по-щенячьи, вздрагивая спиной. За прошлую жизнь. За украденный хлеб. За то, что больше не согреет солнце.

Портал закрылся. Там, за запреткой, идет другой, вольный дождь. Здесь падает только пепел от выкуренных в рукав папирос. Я выучил шаг. Пружина в коленях, взгляд в пол. Смотреть под ноги — значит выжить.

Старый закон прост, как удар под дых. Не верь. Не бойся. Не проси. Я пишу это на сгибе тетради, прячась от продольного. Кровь стучит в висках метрономом. Сибириум близко. Частота держит. Мы ждем ваш сигнал.

Сергей Маркин и Ко.