Литература, как жизнь или жизнь, как литература...
Прощайте мастер...
Иногда кажется, что настоящие писатели не столько пишут, сколько вслушиваются — в эпоху, в чужую боль, в едва уловимый шёпот времени. Таким был Валерий Дмитриевич Поволяев. Он не стремился кричать, чтобы его услышали. Ему хватало тихого, уверенного слова — и этого слова хватало, чтобы за ним встали целые судьбы.
Его книги — это не парадные портреты истории, а её живые лица. Он умел показать и адмирала Колчака, и рядового солдата, и поэта Гумилёва так, будто они только что вышли из соседней комнаты. В его текстах не было желания кого-то оправдать или осудить: он просто давал человеку право быть настоящим — со всеми сомнениями, страхами и внутренней правдой.
«Тихая застава» особенно западает в душу именно этой тишиной. В ней нет показного героизма, зато есть то, что по-настоящему важно: верность, ответственность, умение стоять на своём, когда вокруг всё рушится. Эта повесть будто говорит: мужество — не в громких словах, а в том, чтобы не отводить взгляд и не опускать руки. И потому она стала не просто книгой, а чем-то вроде внутреннего камертона для многих читателей.
Мне повезло встретить Валерия Дмитриевича, когда я только начинал искать свой голос в литературе. Помню, как он спокойно, без суеты, прочитал одну из моих первых вещей. Не стал рассыпаться в похвалах, не стал и рубить с плеча. Просто сказал: «Смотри не на то, как эффектно повернуть сюжет, а на то, веришь ли ты сам своему герою. Если веришь — и читатель поверит».
Эти слова я носил с собой долго, перекатывал их в голове, примерял к каждой строчке. Именно с этой мыслью я дорабатывал свои книги, стараясь не потерять правду характера. Благодаря его поддержке и тонкому чутью в свет вышли «Во имя отечества» и «Сто двадцать пять граммов до Берлина». Он умел разглядеть в неоформленном тексте то, что ещё только хотело родиться, и подсказать, как этому помочь.
Теперь, оглядываясь назад, я понимаю: самое ценное, что он мне подарил, — внутреннее мерило. Умение спрашивать себя: а правда ли это? А живёт ли здесь человек?
Спасибо Вам, Валерий Дмитриевич, за эту тишину, в которой слышно самое главное. За то, что учили не гнаться за эффектом, а беречь слово.
Покойтесь с миром. Царствия Вам небесного.
