КРАСАВИЦА АНЕЧКА

Глава 17

И Анечка в ответ активно закивала головой, заплакав теперь уже от счастья, а мама её успокаивала как могла. Тут уже Покровский встал, нежно приобняв дочь по-отечески за плечи, также со слезами счастья в глазах. Он поцеловал всё ещё плачущую от счастья новоявленную дочку:

- Я очень рад этой возможности тебе, Анечка, наконец, признаться в моем отцовстве, я рад был всегда такой дочери, как ты, моя красавица. Я тобой с самого рождения любовался и мечтал тебе открыться, но меня сдерживали дружеские отношения с папой Мишей. А в день твоего 15-летия я внезапно проникся к тебе отцовским чувством, оно у меня прорвалось наружу тогда и я чуть было не признался тебе, ты наверняка помнишь тот твой день рождения, когда я тебя трепетно прижал к себе и поцеловал (и Аня охотно закивала головой: «Так я именно с того момента и влюбилась в вас… то есть, в тебя, папа»). И я сразу почувствовал твоё отношение ко мне, я чувствовал твои взгляды, но вынужден оставаться безучастным, чтобы не обострять отношения с суровым на суд другом Мишей. Узнав правду о твоем рождении, он нас с Машей наверняка жестоко осудил бы, и не только осудил бы, он был очень крут в решениях. Я не хотел вам обеим с Машей портить жизнь с моим жестким другом Мишей, и максимально себя сдерживал, как ты уже поняла наверняка за эти 15 лет. Зато у меня сейчас, как будто гора с плеч упала, я так рад открыться в самых теплых чувствах к тебе, моя любимая доченька…

Аня кивнула, продолжая плакать от счастья, и вдруг засмеялась, обернувшись к Косте, она ему напомнила:

- Видишь, Костя, я же совсем не случайно с 15 лет была влюблена в Виктора Петровича, а он оказался моим отцом… и мне так хочется назвать тебя поскорее папой...

И они с отцом крепко обнялись и поцеловались, теперь уже мама плакала от счастья, да и Костя был очень взволнован. А мама Маша тут же обратилась к рядом сидящему Косте:

- Как же я рада, что вы снова вместе с Анечкой, милый Костенька

Костя поцеловал руку маме Маше, чмокнул Анечку в щечку, встал и произнес с большим чувством:

- Спасибо вам обоим, Мария Сергеевна и Виктор Петрович, от меня, самого большого везунчика по жизни, что вы тогда так удачно для меня сотворили такое чудо-чудесное, как красавица Анечка. И как же меня удачно угораздило в 1ую неделю нашего знакомства сразу же разглядеть её и так глубоко влюбиться в неё, я тогда сразу понял, что это та сама моя единственная женщина. Я очень рад, что у моей любимой Анечки оба родителя сейчас с нами, я хотел бы к вам обоим обратиться за благословением нашего с Анечкой брака, я люблю Анечку больше жизни и хочу стать ей жизненной опорой...

Оба родителя охотно закивали головами, а Костя встал на колено перед Аней и открыл коробочку с обручальным колечком со словами:

- Я прошу тебя стать моей женой, Анечка, ты моя самая большая любовь,

Анечка также охотно кивнула, дала ему одеть колечко на палец, ласково улыбаясь и поцеловав Костю. И тут бразды правления за столом взял на себя генерал Покровский, пока мама с дочкой продолжали плакать от счастья, крепко обнявшись… А прилично повеселевший Покровский изрек:

- Вечер сюрпризов продолжается, самый главный к нашему общему счастью уже обозначен, и я испытываю огромное облегчение и радость в законном приобретении такой дочери, как Анечка, сбылась моя давняя мечта. Ваша желание пожениться для нас с мамой уже давно не сюрприз. А теперь мы с вами приступим к сопутствующим сюрпризам, дело в том, что я вскоре обратно в Москву к Маше переберусь, мне сделали предложение, от которого не отказываются, МВД так и не смог найти замену ушедшему от нас другу Михаилу и мне предложили вместо должности зама Громова, московского ПСК, моего давнего кореша, как намечалось ранее, перейти в ранг замминистра Внутренних Дел по кадрам. Мне уже пришлось заниматься твоей судьбой, доченька, после исчезновения Кости из Москвы. Я организовал твой переезд в Питер, надеясь в душе, что вы сами разберетесь со своими чувствами. И всё так и получилось, к счастью, чему мы оба с Машей очень и очень рады, вы наше благословение получаете с нашей большущей радостью, мы за вас ребята очень-очень рады. Но я не все сюрпризы ещё обозначил. Маша и я не хотим разлучаться с Анечкой, я уже занялся её обратным переводом в Москву, меня уже давно обхаживают в части перехода Анечки на должность пресс-атташе в Госдуму или Совет Федераций, как только они тебя узрели в теленовостях и мне уши прожужжали, как им нужен такой красивый, презентабельный и грамотный пресс-атташе. И если Анечка согласна, то её перевод обратно в Москву – это дело всего одной недели, так ты как, согласна, дочка?

Аня охотно кивнула отцу, но тут же она озабоченно взглянула на Костю, который очень быстро всё сообразил:

- Виктор Петрович, если я правильно понимаю, то поступившее мне неделю назад внезапное предложение вернуться в московский СК – это совсем не случайное совпадение, это опять ваша забота о нас с Аней? Это же вы организовали мне это предложение, от которого я хотел отказаться, чтобы не разлучаться с Анечкой?

- Правильно мыслите, юноша, да, с тобой говорили именно с моей подачи. Пока было в силе моё перемещение в московский СК, то мне было не совсем удобно открыто разводить семейственность с будущим зятем. Но сейчас, когда я перехожу в МВД, то в СК неизбежно произойдет перемещение нескольких людей, в итоге освобождается должность начальника управления. Я уже говорил лично с ПСК Громовым, он сам высказался за твоё возвращение, а обратный перевод в московское СК на полковничью должность в звание подполковника – это же как говорят, сам Бог велел. Костя, тебе пора вырасти из шортиков, ты уже не юноша по оперативным вызовам носиться и шальные пули от криминала получать, твоё назначение - это руководить коллективом и быть главой семьи с моей любимой дочерью. Более того, никто на тебя в московском СК не в обиде за тот шумный уход с моей подачи, я им всё уже объяснил, и они поняли, что из-за красотки Анечки и не такое безумство можно совершить.