Поцелуй штандарта
На следующий день после вручения штандарта в Кремлёвске началось небывалое оживление. Все только и говорили, что о новом символе власти Виктора Васильевича Золотова.
— Это не просто флаг, — шептали чиновники друг другу. — Это знак высшей милости!
— Говорят, теперь он может даже погоду менять! — добавил кто‑то с благоговением.
— А если встанет лицом на север — вызовет метель! — подхватил другой.
Сам Золотов, впрочем, держался скромно. Он расхаживал по коридорам, гордо неся штандарт, и время от времени задумчиво поглаживал гравировку на древке.
Но тут возникла проблема.
— Виктор Васильевич, — осторожно обратился к нему главный церемониймейстер. — Есть один важный вопрос…
— Слушаю, — важно кивнул Золотов.
— Как теперь правильно выражать вам почтение? Раньше мы просто кланялись, а теперь… Может, стоит целовать штандарт?
Золотов задумался. Идея ему явно понравилась.
— Хм… — протянул он. — Звучит достойно. Но штандарт — вещь священная. Его нельзя трогать просто так.
— Тогда, может, целовать вашу руку? — предложил церемониймейстер.
— Руку? — Золотов поднял бровь. — А что, это идея. Но не просто руку, а… над штандартом! Чтобы все видели: я — символ, а штандарт — моя сила!
Новость разлетелась мгновенно. Уже к вечеру все чиновники Кремлёвска знали: теперь, приветствуя Золотова, нужно:
Остановиться в трёх шагах.
Поклониться штандарту.
Подойти ближе.
Поцеловать руку Золотова над штандартом.
Отступить на три шага и ещё раз поклониться.
Первыми попробовали министры.
— Здравствуйте, Виктор Васильевич! — воскликнул министр внутренних дел, кланяясь штандарту. — Позвольте выразить вам своё глубочайшее почтение!
Он осторожно приблизился, поцеловал Золотову руку над штандартом и отступил, сияя.
— Отлично, — одобрил Золотов. — Но в следующий раз чуть медленнее. Чтобы все успели это запечатлеть.
Министр кивнул и отошёл, бормоча:
— Надо будет выучить это наизусть. И детям передать. Вдруг пригодится…
К вечеру правила усложнились. Теперь:
перед поцелуем руки нужно было прошептать: «За порядок и верность!»;
если штандарт слегка колыхался на ветру — это считалось добрым знаком, и поцелуй следовало повторить;
особо отличившимся разрешалось дотронуться до древка кончиком мизинца.
Горожане, узнав об этом, только переглядывались.
— И что теперь, — возмущался один, — мне, чтобы спросить про пенсию, сначала штандарт целовать?
— Нет, — отвечал другой, — но если хочешь, чтобы тебе ответили, — обязательно.
— А если я просто мимо иду?
— Тогда поклонись издалека. На всякий случай.
Тем временем Путин, узнав о новых традициях, одобрительно кивнул:
— Правильно, — сказал он. — Так и должно быть. Порядок — это когда все знают, как целовать руку.
Золотов, услышав это, расправил плечи и ещё выше поднял штандарт. Теперь он чувствовал себя не просто вождём Стражи — он был почти божеством. Правда, вместо нимба у него был краповый берет, а вместо скипетра — штандарт с гравировкой. Но разве это что‑то меняет?
А вечером, когда все разошлись, Золотов остался один в своём кабинете. Он поставил штандарт у окна, сел в кресло и задумчиво посмотрел на него.
— Всё-таки хорошо, что мне его вручили, — пробормотал он. — Теперь хоть понятно, кого целовать, а кому.
И, улыбнувшись, он аккуратно поцеловал древко — просто для проверки.
Конец.