В российских портфелях защитные активы стали не модой, а нормальной реакцией на нестабильность. Золото, юань, фонды денежного рынка, короткие облигации — всё это инвесторы используют не для красивой картинки, а для снижения зависимости от одного сценария. И это разумно: портфель, который держится только на одном активе, напоминает табуретку на одной ножке. Сидеть можно, но недолго и с философскими последствиями.
Золото интересно как актив, который не зависит напрямую от прибыли конкретной компании. Но оно не даёт купона или дивиденда. Его доходность формируется через изменение цены золота и курса рубля, а значит, инвестор получает сразу несколько источников волатильности. Международные резервы России на 17 апреля 2026 года составили 779,5 млрд долларов США, увеличившись за неделю в основном из-за положительной переоценки — это хороший пример того, насколько переоценка активов может влиять на общую картину.
Юань стал одним из ключевых валютных инструментов для российского рынка после перестройки валютной инфраструктуры. Но юань — это не “новый доллар без риска”. У него есть собственная денежная политика, зависимость от китайской экономики и валютные колебания к рублю. Диверсификация через юань может быть полезной, но она не отменяет базовый принцип: валюту стоит держать не ради паники, а под конкретные цели.
Отдельный слой защиты — фонды денежного рынка. По данным Мосбиржи, в марте 2026 года среди популярных БПИФ в портфелях частных инвесторов заметную долю занимали фонды денежного рынка, включая LQDT, AKMM и SBMM. Это показывает, что инвесторы не просто бегут в риск, а сохраняют значимую часть средств в ликвидных инструментах.
Короткий вывод для читателя:
Золото и валюта — это не способ “разбогатеть спокойно”, а страховочный слой портфеля. Их задача — снижать зависимость от рубля, ставки и фондового рынка, а не заменять полноценную инвестиционную стратегию.