Что будет с долларом, если США и Китай договорятся о новом «Плаза-соглашении»

В октябре 1985 года пять стран Большой семёрки — США, Япония, ФРГ, Франция и Великобритания — собрались в нью-йоркском отеле «Плаза» и согласовали совместные интервенции для ослабления доллара. За два года американская валюта потеряла около половины стоимости против иены и немецкой марки, а Япония, по общепринятому мнению, расплатилась за это десятилетиями стагнации. Сегодня, когда разговоры о «Плаза-2» вернулись в повестку, ключевой вопрос звучит так: возможен ли повтор и что он будет означать для доллара?

Почему тема вернулась именно сейчас

Поводом стали рекордная сила доллара и растущее недовольство ею у основных торговых партнёров США. Вон обваливалась до минимумов за 17 лет, иена — за четыре десятилетия, а глава Минфина США Скотт Бессент публично жаловался на слабость азиатских валют. Канцлер Германии Фридрих Мерц призвал к «Плаза 2.0», утверждая, что юань недооценён на 30% — правда, оценки расходятся: МВФ говорит примерно о 21%, а глава ЕЦБ Кристин Лагард, ссылаясь на исследования фонда, — о 15–16%. Разброс сам по себе показателен: единой «объективной цены юаня» не существует, а значит, нет и объективного ориентира для соглашения.

Торговая рамка тоже уже выстроена. США и Китай действуют в рамках Пусанского перемирия: пошлины снижены с 57% до 47%, Пекин обязался закупать американскую агропродукцию и поставлять редкоземельные металлы. Торговый дефицит США с Китаем за первое полугодие 2026 года сократился на треть — до 73,9 млрд долларов. Валютная глава в таких переговорах напрашивается сама собой.

Почему реального соглашения почти не будет

Первое и главное — интересы сторон не совпадают. США формально устраивает сильный доллар: он поддерживает роль американской финансовой системы в мире. Китай заинтересован в слабом долларе, но не откажется от контроля над движением капитала. Фискальная и монетарная координация между геополитическими конкурентами — вещь почти немыслимая.

Второе — противоречие внутри самого Вашингтона. В конце октября ФРС под руководством Кевина Уорша сохранила ставку в диапазоне 3,75–4% годовых, а рынок закладывает высокую вероятность ещё одного повышения в декабре. Жёсткая денежная политика — это поддержка доллара. Стране, которая собирается договариваться о его ослаблении, одновременно сложно его укреплять — в 1985 году такого конфликта не было.

Третье — Китай выучил урок Японии и не собирается повторять его. В Пекине Плаза-соглашение воспринимается как «подлый американский манёвр», сломавший японскую экономику, и на прямую ревальвацию юаня по требованию Вашингтон не пойдёт. Более того, Китай уже решает ту же задачу в одностороннем порядке: Народный банк Китая наращивает золотые резервы 24-й месяц подряд — только за девять месяцев 2026 года куплено свыше 100 тонн, всего около 2410 тонн. Стратегия Пекина — не подписывать соглашение, а постепенно переводить резервы из долларов в золото и снижать уязвимость к санкциям.

Наконец, против идеи высказываются и в самой американской администрации. Бессент называет новое «Плаза-соглашение» обходом реальной проблемы — китайских промышленных субсидий и слабого внутреннего спроса. The Economist заключает ещё жёстче: условия и политической воли для такого договора просто нет.

Что было бы с долларом, если договорятся

Если допустить, что соглашение всё же состоится, консенсусная оценка — ослабление доллара на 10–15% против основных валют за год. Главными бенефициарами стали бы евро и иена, под давлением — инвесторы без валютного хеджирования и центробанки с крупными долларовыми резервами.

Но есть важные оговорки. Оригинальная Плаза работала в связке с реальными изменениями фискальной и монетарной политики — без этой связки рынок быстро отыгрывает эффект назад. Краткосрочное ослабление не подрывает статус доллара как главной резервной валюты: на него по-прежнему приходится около 57% мировых резервов против менее чем 2% у юаня. Иностранцы держат лишь 1,6% рынка облигаций КНР против 27% рынка американских казначейских облигаций — глубокого и конвертируемого рынка юаней, способного стать альтернативой, пока не существует.

Что происходит с долларом уже без всякой Плазы

Самое интересное в том, что доллар ослабляется и без соглашений — через фискальную механику. Государственный долг США достиг 40 трлн долларов, дефицит держится около 2 трлн в год, доходность 30-летних бумаг пробивала отметку 5,34%. Минфин во главе с Бессентом уже двукратно нарастил обратные выкупы длинных трежерис и обсуждает задействование почти триллиона долларов со счёта казначейства для поддержки длинного конца кривой. Ирония в том, что давить на доллар Вашингтону не нужна Плаза — он давит сам, просто не называя это так.

Бессент в сентябре на слушаниях в Конгрессе признал: доля доллара в мировых резервах сокращается, «главным образом из-за России и Китая», хотя в глобальных расчётах она растёт, а два последних аукциона трежерис стали лучшими за двадцать лет. Это и есть та самая развилка: медленная эрозия резервной роли при сохранении расчётной — конфигурация, в которой валютные соглашения обсуждают, но резкого ослабления они не дают.

Даже юань частично укрепляется уже без всякой Плазы: Пекин позволил ему подорожать до примерно 6,67 за доллар, чтобы снизить торговое напряжение. Медленная ревальвация под собственным контролем устраивает Китай куда больше, чем навязанная сделка.

Итог

Формальное «Плаза-2» между США и Китаем остаётся сценарием с низкой вероятностью — сигналов с обеих сторон пока нет, а ключевая администрация прямо против. Наиболее вероятная траектория иная: односторонняя медленная ревальвация юаня, накопление Китаем золота и ослабление доллара под тяжестью долга — не парадной дверью международного договора, а боковой, через постепенную эрозию его привилегированного положения.

Для наблюдателей за курсом это означает, что важнее экономических данных политические сигналы: заявления Бессента и Народного банка Китая, прогресс Пусанской сделки с дедлайном 10 января 2027 года, разговоры о переоценке юаня перед саммитами. Технически для индекса доллара ключевой уровень — 101,50: удержание выше сохраняет текущий тренд, пробой вниз открывает дорогу к психологической отметке 100.

Судьба доллара сегодня решается не в переговорных залах, а в бюджете США и хранилищах Народного банка Китая. И это, пожалуй, главный вывод из всей истории с «Плаза-2»: сделки фиксируют то, что уже происходит в экономике, а не создают её тренды.